Когда к другой уходит любимый, потому что она — богата, а ты — нет; когда одна в чужом городе с ребенком под сердцем; когда мечты втоптаны в грязь, выход один — месть!Лика Королева, по прозвищу Маркиза, переступила черту, теперь над ней нет закона, и она сама судья и палач.Слишком жестока. Слишком опасна. Слишком умна.
Авторы: Седов Б. К.
как водитель закрывает створки кузова, как машина трогается с места и тормозит. Сердце бешено стучало, стремясь выпрыгнуть из груди. Лай овчарок и крики солдат говорили о том, что мы подъехали к КПП. Потом, по знакомому скрипу ворот, догадалась, что грузовик выехал за территорию зоны. Я долго не решалась выглянуть из своего укрытия, лежала там до тех пор, пока не затекли ноги и руки. В душном пыльном воздухе было тяжело дышать. Я прижимала ладонь ко рту и, задыхаясь, старалась не кашлять. Но вылезти наверх так и не решилась. Грузовик трясло на ухабах и кочках. Он то поворачивал куда-то, то разгонялся, грохоча всеми своими железками. Тюки больно били меня, подпрыгивая в кузове. Казалось, все тело уже покрылось синяками.
Белый свет проник в темную коробку кузова из приоткрытых дверей, и я почувствовала, как сильные руки начали раскидывать надо мной тюки. Я с ужасом представила, что сейчас увижу человека в милицейской форме и, как следствие, получу добавление срока за побег. А уж тогда мне не миновать мести злющего кума. Но, к счастью, это оказался водитель грузовика.
— Гром, — представился он.
— Маркиза, — ответила я.
— Не ошибся… — рассмеялся двухметровый громила. — Надо сменить машинку. Вылезай.
Гром подхватил меня на руки, помогая слезть с высокого кузова грузовика, и подвел к белой «девятке», в которой сидели еще двое парней. Двигатель взвыл, и с пронзительным визгом машина рванула с места, оставляя позади пыльную дорогу. Набрав приличную скорость, «девятка» быстро удалялась от грузовика, оставленного на обочине. Гром достал пакет из большой сумки.
— На, переоденься, — он протянул мне спортивный костюм и кроссовки. — В зоновской робе нельзя на воле разгуливать.
Я попросила их отвернуться, но в ответ услышала лишь громкий бестактный смех.
— Не стесняйся, здесь тебя никто не тронет, тут все свои. А того, кто хоть пальцем посмеет, удавлю на месте. Я за тебя головой отвечаю.
Кое-как извернувшись и прикрываясь зоновской курткой, я переоделась. Открыв окно, Гром вышвырнул мою робу.
— Теперь ксива, — он, оказывается, шепелявил. — Вот тебе пашпорт. Это на случай, ешли остановят менты. В Питере тебе новую корку выпиш-шут.
Гром протянул мне паспорт. Я открыла вторую страницу: Маслова Алеся. «Вот как меня теперь зовут», — подумала я. С фотографии на меня смотрела молоденькая темноволосая девушка, очень похожая на меня, такую, какая я была сейчас.
— Подъеш-жаем, не дергаться, — скомандовал Гром.
«Девятка», снизив скорость, миновала первый пост ГИБДД перед Саранском. Проехав по городским улицам, я впервые почти за полтора года увидела нормальную человеческую жизнь. «Вот они, люди, живут, радуются, спешат куда-то. А я…» — тяжело вздохнув, я откинулась на спинку сиденья. А машина мчалась вперед, унося меня все дальше и дальше от ненавистной зоны, навстречу свободе… К тому далекому Петербургу, к бабе Гале и ожидавшей меня там неизвестности.
После Саранска мы проехали еще километров сто пятьдесят и остановились.
— Что-нибудь не так, Гром? — спросила я.
— Нет, все идет по плану. Мы остановились в условленном месте. Сейчас подъедет машина, и я передам тебя твоим питерским.
Огромный черный джип подкатил минут через десять. Из него вывалились двое улыбающихся, спортивного вида парней в кожаных куртках. Немного помявшись у обочины, они направились в нашу сторону. Гром тоже вылез из машины и издали поприветствовал:
— Здорово, пацаны.
— Ты и есть Гром? — ответил один из приехавших в джипе.
— Ну да.
— А где Маркиза?
— Маркиза со мной.
— Спасибо, Гром. Будем знакомы. Адреналин. А это, — Адреналин указал на того, что пониже, — Беркут.
— Что ж, жабирайте тогда девуш-шку. Отдаю ее, как говорится, в целости и сохранности.
— Все без проблем прошло? — Адреналин вопросительно посмотрел на Грома.
— Обишаешь. Все в лучш-шем виде. И хвоста я никакого не заметил.
Я к тому времени уже вылезла из машины и тоже подошла к своим новым компаньонам.
— Привет, парни. Маркиза, — смело представилась я.
— Наслышаны о твоих подвигах. Давай прощайся с Громом и забирайся в машину. Там места много. Если хочешь, можешь спать хоть до самого Питера.
Я обняла Грома и, поблагодарив его, подошла к огромному черному джипу. «Крутая тачка, — подумала я, — Даже и мечтать не могла, что когда-нибудь удастся покататься на такой». Открыв заднюю дверь, залезла внутрь и мгновенно ушла в сон.
— Ну, Гром, теперь и нам пора, — произнес Адреналин — Да, кстати, Беркут, достань.
Беркут извлек из под куртки объемный
