Когда к другой уходит любимый, потому что она — богата, а ты — нет; когда одна в чужом городе с ребенком под сердцем; когда мечты втоптаны в грязь, выход один — месть!Лика Королева, по прозвищу Маркиза, переступила черту, теперь над ней нет закона, и она сама судья и палач.Слишком жестока. Слишком опасна. Слишком умна.
Авторы: Седов Б. К.
наверху, я задвинула обратно крышку люка, подошла к окну и посмотрела вниз. Люди, казавшиеся отсюда такими мелкими, словно насекомые, кишели у здания суда и ползли направленным потоком по тротуарам.
Но я пришла сюда не любоваться городом с высоты чердака пятиэтажного дома. Достав из темного угла огромный футляр от гитары, я положила его на пол. Щелкнули замки, и моим взорам предстала отливающая холодным металлическим блеском снайперская винтовка «Тигр», оснащенная самой современной оптикой и лазерным прицелом. Аккуратно достав ее, я вновь подошла к окну и заглянула в глазок оптического прицела. Наведя резкость, оглядела мостовую, затем перевела черный крест мишени на ментов, стоящих у входа, далее на ожидающих бандитов. Удовлетворенная результатом, я начала готовиться к встрече адвоката. Проверила патроны в магазине винтовки, навернула на ствол длиннющий глушитель, затем, присев на подоконник, достала кусок веревки и, попробовав на прочность деревянную стойку, начала приматывать к ней ствол, чтобы зафиксировать его в необходимом мне положении. Приоткрыв на пару сантиметров старую облезлую раму, вставила в образовавшуюся щель кончик ствола. Затем достала тонкие кожаные перчатки без пальцев и натянула их на потные от волнения руки. Приготовив рабочее место, я села к окну и стала сквозь грязное стекло наблюдать за происходящим снаружи, держа палец на курке, готовая в любую минуту его спустить. Не знаю почему, но у меня возникло жуткое желание покурить, несмотря на то, что я курила всего один раз в жизни. По оживлению повылазивших из своих джипов бандитов, по настороженности ментов, готовых в любой момент выхватить оружие, я поняла, что нужный мне человек подъезжает. Антрацитовый пятисотый «мерседес» в сопровождении джипа подрулил к зданию суда. Я сосредоточилась и не спускала черного креста на линзе прицела с лаковой крыши мерседеса, ожидая, когда откроется дверца. Верзилы, выбежавшие из джипа, окружили «мерседес», и дверца наконец-то открылась. Из нее показалась мелкая лохматая голова адвоката. Я прицелилась. На темно-рыжих, беспорядочно растущих волосах адвоката на мгновение появилась красная точка, и в следующую секунду я нажала на спусковой крючок. Раздался еле слышный хлопок. Я заглянула в проем между рамами и увидела, как падает с простреленной головой адвокат, заливая кровью и выбитыми пулей мозгами асфальт, как мечутся в панике братки, оглядывая окрестные дома и крыши. Достав платок, я быстро протерла винтарь, а также ручку и замки гитарного футляра, и кинулась по чердаку к выходу на крышу. Выбравшись через узкий лаз, про который отметила, что мужчина средней комплекции тут бы не пролез, я стремительно побежала по бурым железным листам покатой крыши, стараясь не оступиться. Железо, обросшее зеленым мелким мхом, словно плесенью, громко стучало под жесткими подошвами моих ботинок. Добравшись до крыши соседнего дома, я перепрыгнула на нее и нырнула в чердачное окошко. Через этот чердак я проникла в подъезд и уже там достала маленькое зеркальце, подкрасила губы и припудрила нос, стряхнула пыль с обтягивающих джинсов и черной маечки. Черт! На куртке, которой я облокотилась о чердачную стену, остались грязные следы. Сняв и перекинув джинсовую курточку через плечо, я с непринужденным видом спустилась по лестнице и вышла на улицу. К зданию суда уже подъехала совершенно ненужная белая с красным крестом машина скорой помощи, подтянулись наряды милиции. Возле открытой двери подъезда соседнего дома, куда я заходила, стояли братки, и, оживленно жестикулируя, орали в свои мобильники. Часть их, очевидно, уже побывала на чердаке и обнаружила мое недавнее место работы. Их лица выражали отчаяние, смешанное со страхом. Я с чувством выполненного долга, с кипящей от прилива адреналина кровью, перешла дорогу и направилась в противоположную от них сторону.
Через час я стояла в кабинете Стилета и выслушивала его скупые, но столь значимые для меня похвалы. Мне даже не пришлось ему докладывать о результатах операции, телевизионные новости опередили меня.
— Ты блестяще исполнила этого поганца. Молодец! Я не ожидал такого успеха, — говорил, улыбаясь одними глазами, Стилет. — Как ты сама понимаешь, это был экзамен, и ты сдала его на отлично. Дело, которое мы тебе собрались поручить, весьма необычное.
— Да, мне об этом известно.
— Значит, так, Маркиза. Сейчас иди отдыхай, а вечером я жду тебя здесь для обсуждения плана наших действий.
Я встала и направилась к двери.
— Постой, — остановил меня Стилет. — Работа, которую ты сегодня выполнила, стоит больших денег.
С этими словами он достал из сейфа несколько
