Я не сдаюсь…

Блондин удовлетворённо кивнул и забарабанил по клавишам со скоростью пулемёта. Затем прогудел принтер, выплюнув ещё тёплый лист писчего пластика. Вербовщик повернулся, выхватил лист из щели и протянул ей:
– Поздравляю вас! Но, как понимаете, за Ричардом последнее слово. Впрочем, думаю, что у вас всё будет хорошо. Как работодатель он заявил право на последнее собеседование со всеми офицерами эскадры. Тем более что вас берут на ТАКУЮ должность! Здесь адрес гостиницы. Я сообщу господину Королёву, что вы выезжаете к нему… Что с вами?!
Он поразился мгновенной перемене на лице девушки – радость сменилась застывшей гримасой боли, из дрогнувших пальцев выпал только что полученный лист с адресом. Безжизненным голосом она произнесла:
– К сожалению… Я вынуждена отказаться… Извините за отнятое время. У вас не найдётся других вакансий?
Блондин посмотрел на темноволосую красавицу удивлёнными глазами, затем подобрал с пола упавший лист и вновь забарабанил по клавишам. Затем вытащил новый лист из принтера, протянул ей и сухо бросил:
– Планета Деметрия. Новая колония. Вас распределят на месте. Вот направление, жетоны на аванс получите у начальника колонии, он на корабле. Вы свободны…
На негнущихся ногах Анна вышла из кабинета и прислонилась спиной к стене – значит, Ричард Королёв, командир конвойной эскадры… Её настигло прошлое…

Рич отшвырнул окурок в сторону. Тот ударился об опору фонарного столба и рассыпался искрами, особенно яркими в полумраке вечера. Проводив неожиданный фейерверк недоумевающим взглядом, парень плюхнулся на переднее сиденье флаера и коротко кивнул старшему помощнику:
– Поехали.
Тот молча подал характерную рукоятку гравитранспорта до упора, срывая аппарат с места. Горячий ветер Портленда выжимал из глаз слёзы, но Ричард не обращал на это внимания. Его визит в город был неудачен. Вначале, конечно, всё было многообещающе: серьёзные клиенты, солидный заказ и не менее внушающая почтение оплата. Но когда началось обсуждение контракта, кстати, в лучшем ресторане города, и стол, естественно, пришлось оплачивать Королёву, неожиданно в душу стали закрадываться подозрения. Уж больно странно вёл себя один из клиентов – известный в конвойных кругах некий Сэм Мэллори, вертлявый парниша с серьгой в ухе. Лично его Ричард никогда не видел, но вручённой ему голографии и описанию, полученному от мелкого портового «жучка», клиент соответствовал. Единственное, его поведение. Какой-то скользкий тип получался. Слишком скользкий. Не соответствовали его манеры человеку, владеющему, опять же по слухам, состоянием в несколько миллиардов крон. Пусть и нелегальных, но всё-таки… Королёв уже несколько лет занимался сопровождением конвоев на вновь образуемые колонии. Вначале старался вести дела честно, но когда чуть не прогорел, понял, что быть «белой вороной» среди чёрных не стоит. И с того времени в трюмах его «Дрэгона», купленного с помощью покойного Самуила якобы по списанию с флота, можно было найти стимуляторы роста, кое-какие не рекомендуемые к массовому использованию медпрепараты, строительные комплексы и оружие, запрещённое к использованию гражданским лицам, то есть поражающей способностью свыше сорока единиц. Ну а, как известно, остановить из «тайлера» такой мощности, скажем, грэхемского дракончика просто невозможно. Пока из этой пукалки прошибёшь его панцирь, данный зверь успеет вас сжевать, переварить, и выпустить наружу. Естественно, в виде первосортного дерьма, а не одним куском…
Но и для Чёрного Ричарда, это уважительное прозвище парень заработал после того, как отправил к прародителям целый клан корварских пиратов, а потом и всех желающих ему отомстить за это, существовали запретные вещи. Скажем, он никогда не занимался наркотиками, это первое. И второе – не торговал «белой костью», как звали на сленге преступного мира «живой товар»: рабами, проститутками с пожизненным контрактом, мальчиками для удовольствий. Более того, если ему по пути подворачивался подобный торгаш, то Королёв доставлял себе удовольствие либо уничтожить того, либо сдать полиции. К последнему методу, правда, он перестал прибегать после того, как некоего Жозефа Франкитти выпустили на Кассандане за огромную взятку. Горячий итальянец поклялся свершить омерту, но после короткой задушевной беседы передумал. Да и сложновато из могилы соблюсти обычай кровной мести. Рич просто угрохал работорговца. Свидетелей не оказалось, мемеографы ни у кого не сработали, и он отделался небольшим внушением. Да… Много воды утекло с тех пор, как он ступил на палубу