Наступит день, когда человечество станет перед дилеммой – жить ему дальше либо прекратить своё существование. И вот, в хаосе разрушения, в мире, залитом кровью жертв, появляется надежда. Она приходит с небес. Но не Бог спасает мир, а сами люди, шагнувшие за пределы Земли. Цивилизации даётся ещё один шанс выжить. Шанс, который приходится отстаивать в сражениях в космосе, на других планетах, в другой Галактике. Среди окружения враждебных существ. Добывая себе новое место под солнцем. Человек отбросил ложные понятия, отринул бездумную сытость. Он вспомнил юность своего вида. Но ничто не даётся без жертв…
Авторы: Авраменко Александр Михайлович
до Базы они доберутся. И может, даже одним целым и внутри корпуса, а не снаружи…
– Сколько у нас ракет?
– Снарядные погреба полны на шестьдесят процентов. Да ещё там, когда ремонтировались, нашли шесть древних «Ааргов». Ракеты старые, но ещё боеспособны.
– Отлично! К бою!..
…«Роммель» задрожал, ощутимо прибавив ход. Стармех получил указание форсировать работу машин до предела. Ричард всё же надеялся уйти, не принимая боя, чтобы не подвергать гражданских риску сражения. Но надежда оказалась тщетной. Леггах не собирались упускать возможную добычу. По экрану радара две сверкающие точки медленно ползли к центру, настигая перегруженный штурмовик. Внутри которого шла лихорадочная подготовка к битве. Всех спасаемых перевели в центральный коридор, как можно дальше от бортов, чтобы при разгерметизации у них всё же был шанс. Аварийные команды приготовили всё необходимое для заделки пробоин. Комендоры заняли места в огневых башнях, оружейники ещё и ещё раз смазывали густым силиконовым маслом пусковые шахты. Суетились механики, проверяя элеваторы подачи унитаров к громадным зонтикам Ф-орудий.
– Что думаешь, командир?
– Есть шанс. У нас не просто фрегат, а всё же – штурмовик. И калибр у нас солидный. Правда, не очень дальнобойный, но всё же, всё же… Если наши ракеты сделают своё дело, то мы сможем отбиться. Не без потерь, правда, но… Распылим этих тварей на плазму. Всё! Начали, ребята!
Он оторвался от радара, заметив, как перехватчики леггах вышли на дистанцию досягаемости человеческих ракет. Рука Королёва легла на кнопку пуска и утопила плоское красное блюдце… Ричард словно воочию увидел, как там, за толстыми стенами композита обшивки скользнули в сторону выпуклые крышки люков, и с направляющих рванулись в сторону могучие людские «Центурионы» и старинные росские сигары «Ааргов». До предела форсированные сплит-моторы разогнали смертоносные игрушки до немыслимых скоростей, чтобы через мгновение влипнуть в острые хищные носы обеих белых перехватчиков… Попадание было удачным. Первый из противников сразу сбавил ход, запарив развороченными отсеками, но второй, получив, по-видимому, менее сильные повреждения, вырвался вперёд и уже настигал «Роммеля». Тем не менее Рич возбуждённо потёр руки – его задумка удалась. Не зря он подпустил жаб почти до предела. Они просто не успели среагировать. Хм… А ведь странно. Неужели у них не стоит автоматика раннего обнаружения? Получается, что твари всё делают вручную… А значит, и время реакции у них сравнимо с земными коммуникативными системами? Это есть плохо…
– Комендорам, приготовиться к открытию огня! Залп без команды по возможности! Конуса – не жалеть! Дайте этим жабам прикурить!
А через мгновение рявкнул первый залп башен главного калибра, медленно и величаво вытолкнутым из сплошной чёрной поверхности спины корабля могучими моторами, заставив вздрогнуть весь штурмовик от отдачи…
Комендоры обороны с удивлением рассматривали в оптику истерзанный корабль. Обвисший на разбитом пилоне тяговый двигатель, жуткие шрамы на броне, вырванные с корнем башни комендоров. Сразу видно, что штурмовик побывал в жестокой переделке.
– Сигнал «свой-чужой» подтверждаю. Открыть второй створ. Швартовка у седьмого дока. Гражданские? Понял. Медкатера будут…
Королёв стоял в шлюзе, а мимо него тянулись измученные длинной дорогой беженцы. Сколько раз это было в человеческой истории? Сколько ещё будет? Они шли бесконечной колонной, почти две тысячи человек. Старики, женщины, дети. Мужчин не было. Они остались драться. И надежды на то, что они уцелеют, практически не было. Командир стоял серый от усталости, впрочем, как и остальные члены экипажа. Последние трое суток они не вылезали из машинного отделения, латая поминутно выходящий из строя генератор, балансируя вручную волноводы. Сменяясь, вахты шли не на отдых, а на ремонт, а потом вновь заступали на посты. Им удалось ускользнуть от патруля леггах перед самым фортом, и беженцы, уходя с «Роммеля», со слезами на глазах благодарили капитана. Внезапно перед ним мелькнуло знакомое лицо, и Рич словно очнулся:
– Стой!
Протянул руку, ухватил за плечо, выдернул из цепочки. Перед ним стояла Анна Николеску. Часовые, замершие у переходного шлюза, сдёрнули с плеч оружие:
– В чём дело, капитан?!
Их можно было понять – иногда люди держались до последнего, а потом, оказавшись в безопасности, съезжали с катушек: не выдерживали нервы…
– Эта женщина – бывший офицер ВКС. Командир корабля.
Старший из охранников вынул из кармана
