Я не сдаюсь…

небольшой городок возле Кирова, куда добрались многие из окружающих мест, а тем, кто хотел их уничтожить, мешали бездонные топи… С хриплым гулом транспортник зашёл на посадку. Отстрелились опоры, коснувшись грунта, распахнулись приёмные ворота, и на глину упала массивная аппарель. Марсиан уже ждали. Те, кто решился улететь, уже спешили к кораблю. Бойцам ничего не оставалось, как просто стать возле люка и организовать погрузку. Впрочем, их внешний вид внушал достаточно почтения всем эвакуирующимся. Никто не толкался, не отпихивал других. Шли спокойно, зная, что никто не дышит в затылок. Проходили в трюм, кое-кого отправляли в каюты. Всё шло нормально. Через четыре часа окрестности озарились зелёным пламенем, бьющим из дюз, и транспортник с воем ушёл в небо…
Потом это стало обыденностью. Прилетели, погрузили, взлетели. Но с каждым разом рейсы становились всё реже и реже. Впрочем, было ещё одно место на Земле, где оставалось много людей, это Австралия. Но её обитатели улетать не хотели. К ним на материк никто пока не лез, выступления чужих подавили очень быстро и жёстко, наученные горьким опытом Европы и Америки. Ядерный удар со стороны Китая пришёлся в основном на безлюдные центральные районы. Австралийцы вообще не очень охотно пускали к себе кого-то, и поэтому их миновала горькая участь других мест, где геноцид по религиозному, а потом и расовому вопросу прошёлся ужасающе частым гребнем среди населения… Поэтому приходилось в основном летать в Россию, иногда – в Европу. Раз, правда, попали в Америку, но, как выяснилось, опоздали… Тех, кого они должны были забрать, уже убили… В этот раз корабли вернулись с полной загрузкой, и Михаил, наконец, получил выходной… Надо сказать, что ему, в принципе, очень повезло. Хотя бы тем, что с Земли можно было кое-чего и прихватить. Если найти, конечно. Ведь там ещё сохранились некоторые вещи… Так в кубрике Михаила появилась неплохая видеосистема с комплектом дисков самого разного содержания, прибавились к положенной мебели кресла, ковёр, появились и другие предметы роскоши. В холодильнике, гордо занявшем свободный угол, лежали разные деликатесы и даже, жуткий дефицит на красной планете – настоящее спиртное с Земли. Остальным выдавали раз в неделю по пятьдесят граммов всякой бурды, по недоразумению именуемой вином. А у него – и водка, и коньяк, и шампанское. Словом, ужасно богатый человек по марсианским меркам. Только вот пить в одиночку желания не было. Как говорится – для престижа держим…
После сдачи оружия на склад Михаил поужинал и отправился домой. Их жильё было в специальном секторе Убежища, куда гражданских если и пускали, то только в сопровождении кого-либо из военнослужащих. Системы обеспечения обслуживания не требовали, поскольку создатели построили комплекс воистину из вечных материалов. Так что остальные колонисты в их секторе и не бывали. Как и военные в гражданском… На этот раз Королёв решил пройтись по другим районам, посмотреть, как живут эвакуированные. То, что с ним может произойти что-нибудь, как с Ярцевым, он не боялся – во-первых, он военный. А это внушает почтение. Во-вторых – достаточно натренирован по сравнению с гражданскими людьми… Парень молча, не спеша шёл по длинным коридорам, вдоль которых тянулись одинаковые ряды дверей стандартных кубриков с фамилиями обитателей и номерами. Вокруг кипела жизнь: суетились торговцы непонятно чем, ведя оживлённый торг. Играли дети, ругались мамаши между собой и на мужей. До его ноздрей доносились запахи еды, несвежей одежды. Как он знал, в гражданских секторах с водой было хуже – им давали воду строго по графику раз в два дня. И мытьё тела здесь было роскошью. Да и вообще – почти на всех обычные рабочие комбинезоны и ботинки. Редко на ком увидишь одежду, привезённую с Земли…
Солдат поправил сумку, в которой лежала бутылка водки. Обычной русской водки. Ведь если откровенно, ему хотелось просто найти себе подругу на ночь. Уже почти два месяца у него никого не было. А организм – требовал. Чего уж там говорить. Тем более, такой молодой и здоровый…
Из рассказов сослуживцев он примерно представлял, куда ему следует направить свой путь, и теперь медленно двигался к своей цели. Бросил взгляд на часы – время подходящее. Ну, вот и улица красных фонарей, как её все звали между собой неофициально. Бросил взгляд на стену – «линия № 16». Та самая… Девочки, девушки, женщины… Самых разных возрастов, национальностей, цветов волос. Всех роднило одно – свободная поза, расстёгнутый чуть ли не до пояса комбинезон.
– О! Солдатик! Пойдём со мной!
– Лучше со мной, не пожалеешь!
– Иди ко мне, парень, я многое умею…
И тому подобное, на него смотрели по-разному, кто оценивающе, кто с отчаянной надеждой, кто – с ненавистью