Я не сдаюсь…

Где-то его противники сейчас, интересно? Всех их отправили на фронт сразу же после начала войны, и, по слухам, мало кто ещё остался жив. Курсантскую эскадру, их всех забрали на флот, бросали затыкать дырки в обороне. А поскольку техника была ещё та – то они выполняли поставленные перед ними задачи, но несли ужасающие потери…
…– Отбывающим на Терру – пройти к шестому терминалу.
Олег вскинул голову, услышав долгожданное объявление, затем поднялся с неожиданно удобного кресла и закинул мешок с пожитками за спину. Миновал таможню по «зелёному» коридору, без досмотра, провожаемый уважительными взглядами служителей-россов. На их планете мундир внушал почтение всем. Слишком уж насыщенной войнами была история Росса… И сразу ударило по глазам – на входе в корабль, обычную пассажирскую лайбу, его встречал расхлябанный, на первый взгляд, юнец-одногодок. Олегу, привыкшему почти с пелёнок к дисциплине и опрятному виду, усыпанный жирной перхотью воротник зелёного комбинезона показался чем-то невероятным. Он уже собрался было сделать замечание, но спохватился.
– Вы что-то хотели, юноша?
Голос юнца был под стать его одежде, слащавый до приторности. Парень протянул ему билет. Тот взял, взглянул, коснулся портативного терминала, затем расплылся в дежурной улыбке:
– Третья палуба, каюта 25-бис.
– Спасибо.
– Найдёте, или вызвать провожатого?
– Разберусь…
К его удивлению, каюта была уже занята какой-то матроной лет сорока с двумя детьми, года на три младше самого Олега, девочкой и мальчишкой, избалованным до неприличия. Но проверка показала, что всё верно – кубрик являлся четырёхместным, так что деваться было некуда. Он молча убрал свой мешок в шкафчик, сбросил ботинки в ожидании взлёта, который не замедлил начаться…
По окончании перегрузок парень воспользовался туалетной комнатой и переоделся в обычный повседневный комбинезон по форме «два», затем решил навестить столовую, пока его спутники ещё приходили в себя от перегрузок. Засунув пилотку под погон, как положено, сориентировался по схеме и направился в харчевню. Против ожидания зал был достаточно полон. И, как сразу стало понятно, все эти люди были либо военными, либо опять же армейскими специалистами. Получив свой поднос со стандартным обедом, парень уселся в углу и занялся едой, оказавшейся неожиданно очень вкусной…
В остальном полёт не доставил Олегу никаких хлопот. Даже детишки вели себя подчёркнуто корректно и тихо в его присутствии, а сама мадам не обращала на юношу никакого внимания, целыми днями просиживая за портативной коммуникационной системой. Через четыре дня корабль пришвартовался у орбитального терминала космической станции, откуда пассажиров должны были направить на Терру уже челноками. В отличие от Росса, корабль здесь посадки на поверхность планеты не совершал. Олега и других военных забрал катер с военной базы, и, наконец, в руках молодой второй лейтенант держал предписание в часть, располагавшуюся на другой стороне планеты…
Рейсовый фотолёт, гнусно подвывая двигателями, доставил его через восемь часов полёта в Тристаун, столицу полушария. Оттуда уже до места назначения добираться следовало либо армейским транспортом, либо своим ходом. Выяснив у ближайшего патруля расположение комендатуры, данный вопрос удалось решить к обоюдному согласию и удовольствию сторон. К месту службы молодого офицера привёз толстый интендант второго ранга с погонами сержант-капитана, всю дорогу пугавший его рассказами о злобных трескунах, с которыми он доблестно дрался, обороняя Терру. Олег послушно поддакивал, но пропускал охотничьи байки мимо ушей, занятый размышлениями о своём будущем. У него впервые оказалось так много свободного времени, в Академии просто не существовало такого понятия. Курсанты постоянно были чем-то заняты, особенно после начала войны, и парнишка даже не задумывался, как он будет жить теперь один, без родителей и близких. Впрочем, до выхода на пенсию было почти пятьдесят лет, если, конечно, не спишут по инвалидности…
…Он вывалился наружу, захлопнул дверцу. Транспорт глухо взвыл мотором и умчался дальше, а Олег осмотрелся… Ровная голая степь с чуть голубоватой травой и ряды стандартных армейских пластиковых домиков, обнесённых проволокой. Запечатлев в памяти эту картину, парень забросил за спину вещмешок и двинулся к одиноко стоящему часовому под грибком.
– Стой, кто идёт! Стрелять буду! Вы находитесь в запретной зоне! Гражданским вход воспрещён!
– Разуй глаза, часовой! Не видишь, офицер идёт?!
– Что?!
Солдат не верил своим глазам – совсем пацан, у которого даже усы не пробились, а уже с погонами! Он что, совсем ума лишился?!