Я не ваша, мой лорд

шестилетнего возраста зачисляются в школы, именуемые «яншар», которые по сути являются не чем иным, как военными училищами.
Так вот о королевских воспитанницах. Имея превосходное воспитание и поддержку своей благодетельницы, они вполне могут рассчитывать на довольно выгодный брак с достойным мужчиной. Но многие соглашаются и на совсем другую роль — наложницы при высокородном господине. Ну и, конечно, чьё ещё внимание может быть более желанным, как внимание самого принца. Тем более, что принцы-то красавцы, каждый по-своему. И под присмотром матери могут с девицами общаться, выбирая себе по душе. Вот и ведётся негласная война между халитами. А Анише повезло привлечь внимание Корима, чем она вызвала жгучую зависть и ненависть другой девушки Саниры. Та прекрасно знала, что её соперница очень любит гуарии и подкупила служанку, чтобы та на празднике подала Анише отравленное угощение, убедив дурочку, что никто и не поймёт, из-за чего несчастной стало плохо, ведь яд-то был не мгновенного действия. А тут я со своими браслетами. В общем у меня теперь имеется признательность от королевы за спасение её любимицы и верная благодарная союзница в лице словоохотливой халиты. А ещё интерес Корима, о котором Севастьен сообщил мне с весьма мрачным видом. Первый выход в высшее босварийское общество прошёл очень даже плодотворно.

Спустя неделю нашего пребывания в Замайре, я готова была кое-кого буквально изнасиловать. А всё началось с моего безумного решения соблазнить одного несносного герцога.
После королевского праздника, где я так нечаянно отличилась, мы получили новое приглашение во дворец. Притом, что теперь Ардорашу не надо было просить жену приветить приезжую хоаль Торрайа, потому что Зальфия сама прониклась ко мне интересом. Так что я стала желанной гостьей на женской половине дворца и успешно примкнула к свите королевы. Что и требовалось, поскольку, сопровождая её величество, у меня появилась возможность наблюдать за внутренней жизнью дворца, изучать и королевскую семью и придворных. В общем — молодец я.
О, подводные течения этого серпентария, именуемого двором короля Босварии, можно изучать до бесконечности. Чего стоят одни только принцы и их женщины. А есть еще бесова толпа приближённых к королю и его сыновьям, принцессы с мужьями, их знакомые и родственники… И почти все наделены либо огромными силами, как королевская семья, либо впечатляющими талантами и весьма интересными почерками, как тот же Рифат Зайрах. И вот в этом вот разнообразии мне предстояло найти и увидеть того, кто пользуется творениями нашего умельца-Артефактора. Или заметить, если вдруг кто придёт под чужой личиной. По правде, мне становилось жутко от открывающихся перспектив. Уже в первый после праздника вечер, когда мы с Севастьеном приехали на личную аудиенцию к их величествам, мне показалось, что я увидела что-то похожее в ажурной вязи защитных заклинаний на королеве, но присмотревшись, поняла, что обозналась. Хотя вот этот вот перстень, закрывающий всю фалангу её большого пальца на правой руке, очень интересный. Надо будет найти возможность взглянуть поближе.
А вечером я решилась попробовать воплотить в жизнь свою идею. Тем более, что Севастьен задержался с хали Тимаром, обсуждая очередные сведения и распоряжения от Ардораша. Выкупавшись, умаслив тело душистыми маслами, распустив волосы, я голышом встретила моего упрямого мужчину и пока он пытался прийти в себя, принялась его раздевать, попутно целуя и лаская мускулистое тело. Его выдержки хватило на пару минут, а потом я была повалена на кровать и связана порванными простынями.
— Ты выйдешь за меня, Скар? — рыкнул он, нависая над моим беспомощным телом.
— Это условие? — вскинула я брови.
— Считай, что так.
— Ты сам учил меня не вестись на шантаж. Я хочу тебя. Без всяких условий, — упрямо заявила я, обнимая его ногами, которые в отличие от рук он связать не додумался
— Так не получится, Скар, — вздохнул Тьен.
— Почему?
— Скажу, когда согласишься.
Вот зря он это затеял. Я ж упрямая, как мул. Для меня теперь дело принципа, чтобы наш первый раз состоялся до моего согласия. В конце концов, если, ну или когда я соглашусь, пожениться мы сможем только дома в Сэйнаре, так к чему эти дурацкие условия? Или это лишний повод настоять на своём? Диктаторские замашки тренирует? В ответ я прижалась влажным лоном к его животу, выгибаясь в жёсткой хватке.
— Ты выбрал неправильный способ меня убедить, — сообщила ему, облизывая губы.
— Может быть, — хмыкнул Севастьен, привязывая самодельную верёвку, стянувшую мои запястья к изголовью кровати. —