Я не ваша, мой лорд

запланированных дел, и тут распахивается дверь и в приёмную влетает ещё один мой секретарь, правда в весьма плачевном виде, и заявляет: “Простите за опоздание, у меня случилось несварение”, — зелёный краснеет, а король продолжает: — Я не стал ждать, чем всё это закончится, и обездвижил обоих. Гвардейцы их тщательно обыскали, но ничего не нашли.
— А что говорят? — интересуется Гиерно, прожигая меня злым взглядом.
— Много чего. Оба доказывают, что настоящие. Причём весьма убедительно. Не вижу смысла рисковать, тем более, что у нас есть агент Соланьяри. Так что, Скар? Можешь мне сказать, кто из них мой секретарь, а кто будущий смертник?
Взгляды всех присутствующих сосредотачиваются на мне. Улыбаюсь довольно и тычу пальцем в зелёного.
— Вот это — ваш Симон. Подделать такой обожающий взгляд, которым он на вас смотрит, просто невозможно. Вы явно для него бог и кумир.
Севастьен хмыкает, его величество ошарашенно на меня смотрит, потом качает головой и тоже улыбается.
— Это, конечно, хорошо, но мне бы хотелось более веских аргументов.
— Ну если вам так хочется, то у второго за правым ухом вшит артефакт.
Король секунду смотрит на меня, оценивая ответ, потом бросает в истинного Симона заклинание, снимая оцепенение. В тот же миг бедняга вскакивает с выпученными глазами.
— Ваше величество, я счастлив, что оправдан перед вами. Можно мне в уборную?
— Иди уже, но я жду объяснений, — машет рукой на дверь Яргард и обращает своё внимание на второго.
Тот под пристальным взглядом бледнеет и сереет, в глазах плещется паника и какая-то нехорошая такая решимость. Я вижу, как король поднимает руку, чтобы частично снять оцепенение, и, повинуясь внутреннему чутью, хватаю его за ладонь, сбивая заклинание, уже готовое сорваться с пальцев.
— Подождите, ваше величество. Что-то с ним не так.
Хвала Богине, короля моё столь наплевательское отношение к этикету не задевает и он всего лишь недоумённо изгибает бровь.
— Что именно, агент Соланьяри?
— Не знаю точно. Позвольте разобраться.
Яргард меряет меня задумчивым взглядом, потом уже изучающего взгляда удостаивается задержанный.
— Он в твоём распоряжении, Скар. Наше присутствие не помешает?
— Нисколько, ваше величество, — с облегчением качаю я головой, прежде чем сосредоточить своё внимание на лже-Симоне. Улыбаюсь ехидно: — И чего мы так опасаемся? Вон как глазки округлились и забегали. Что же ты задумал, а?
И почему меня так боятся? Я же добрая. Честное слово. А то, что фантазия у меня буйная, да методы допросов… странные, так это же такие мелочи. Я же никого не калечу, для этого Тода есть и дюжина других следователей. Ну или Змей, как прозвали Севастьена в преступных кругах, на крайний случай. Он-то ведь точно пострашнее будет. Но вот прямо сейчас, этот тщедушный с виду молодчик боится именно меня. Да ещё в присутствии короля и герцога Гиерно. Лестно даже. И интересно почему? В голову приходит только один вариант. Лже-Симон понял, что я могу его расскусить. Нашла ведь артефакт. Да и знают меня уже. Ага. Не будем, значит, обманывать ожиданий.
Вряд ли он рассчитывал, что его сейчас разморозят полностью, значит достаточно только головы. Что он головой может сделать? Говорить? Кусаться? Хм. Хватаю парня за подбородок и заставляю открыть рот. Создаю на пальце маленький светлячок. Фу. Зубы надо чистить, когда на дело идёшь. О-о-о, а что это у нас светится? Малюсенькая, как рисовое зёрнышко, капсула за щекой, не заметная если не видеть спящего заклинания. И филигранно сплетённые нити, готовые его активировать, скорее всего, если зёрнышко раскусить. Продолжая удерживать рот преступника открытым, свободной рукой достаю из кармашка на поясе пинцет и осторожно извлекаю капсулу, попутно сворачивая заклинание, дабы всё не испортило.
— Что это? — возникает рядом Яргард.
— Думаю, яд, ваше величество. Вряд ли он горит желанием отвечать на ваши вопросы. — Протягиваю пинцет Гиерно. — Вот теперь, можете его допрашивать. Я могу идти?
— Да, конечно, — кивает король.
— Нет, останься, — возражает герцог.
Я выразительно вскидываю брови, переводя взгляд с одного на другого, решая кого мне слушать. Его величество главнее, но непосредственный начальник ближе к шкуре, хоть его приказ мне и меньше нравится.
— Брось, Севастьен. Даже я вижу, что твоя подчинённая нуждается в отдыхе. Отпусти девушку. — Яргард хлопает друга по плечу и подмигивает мне: — Ступай, Скар. Твоё злобствующее начальство, я беру на себя.
Злобствующее начальство с досадой поджимает губы, но не находит, что возразить своему сюзерену. Так что я лучезарно улыбаюсь и, пожелав всем не