Я не ваша, мой лорд

возрился на меня весьма хмуро, оторвавшись от каких-то бумаг.
— Я смотрю, ты про смену планов нашего начальства знала, раз бесишь меня тут своим отдохнувшим видом, — ворчит Рыжик.
— А тебе кто мешал отдыхать? Ты ушёл раньше меня.
— Кому надо, тот и мешал. Не знаешь, куда запропастился наш Змей?
— К королю с докладом подался. Сказал быть у него к обеду, — я сажусь напротив него и с интересом заглядываю в лицо напарника. — Так что, тебя можно поздравить?
— С чем? — удивлённо хмурится мужчина.
— С потерей… холостяцкой свободы, — играю я бровями.
— Иди ты. Она всего лишь переночевала у меня, — поджимая губы, признаётся Тода.
Я насмешливо хмыкаю. На Аризу, дочку лучшего столичного оружейника и неслабого мага-стихийника с огненным уклоном, Тода засматривался давно, но на мои подначки не реагировал, утверждая, что у него чисто эстетический интерес. Ну а посмотреть там было на что. Высокая, гибкая, как лоза, с длинными красными, как медь, волосами, заплетёнными в толстую косу, с янтарными, как у кошки, глазами, эта девушка притягивала мужские взгляды, как магнитом. Правда, характер её точно так же мужчин отпугивал. Единственная дочь своего отца, Риз с удовольствием постигала его науку и обещала стать мастером не хуже, а может даже и лучше, если нрав свой обуздает. С оружием она умела обращаться не только в кузне и мастерской, но и владела им весьма неплохо, что и демонстрировала не раз, создавая себе славу вспыльчивой и злобной стервы. Неудивительно, что с Аризой мы очень быстро нашли общий язык и даже подружились. А Тода всё облизывался да кружил вокруг, пока однажды она сама не подначила его, что на большее он де неспособен. Тот и ринулся доказывать обратное.
— О-о-о, так твоя берлога потеряла свою девственную неприкосновенность? Ты впустил в неё женщину?
— Ты была у меня дома. И ты — женщина, — напоминает мне мой рыжий друг. — Так что, о какой неприкосновенности идёт речь?
— Я не в счёт. Я — твой напарник и мой пол — дело второстепенное. То ли дело Риз, — ухмыляюсь я, поддразнивая Тоду. Ну а что? Только он может доставать меня? — До нее порог твоего дома ни одна из твоих пассий не переступала. Так что, делай выводы, друг мой.
Он раздражённо хмурится, сопит, что-то переваривая в своей кудрявой башке, а потом внезапно улыбается многозначительно.
— Мы то с Риз разберёмся. Ты мне лучше расскажи, что между вами с Гиерно вчера случилось?
— А что случилось? — делаю вид, что не понимаю о чём он. — Нас его величество вызвал в допросную, ты же это видел. А там мне было не до начальства. Слушай, — вспоминаю я лже-Симона и артефакт под его кожей, — дело-то наше ещё серьёзней, чем мы думали.
— Что ты имеешь в виду? — мгновенно настораживается Тода, становясь тем, кем он по сути и является — следователем до мозга костей.
— Вчера его величество задержал преступника, проникшего в его приёмную под видом королевского секретаря, — сообщаю я и рассказываю напарнику всё, что произошло прошлой ночью в допросной и то, что услышала и узнала. — Так что, друг мой, сегодня тебе жаркая ночь светит со мной на работе, а не в страстных объятиях твоей воинственной огневички.
И надо же, чтобы как раз в этот момент дверь в наш кабинет распахнулась, явив нам герцога Севастьена Гиерно собственной раздражённой персоной. Смерив опешивших нас двоих внимательным взглядом ледяных глаз он бросил коротко:
— Тода, Скар, ко мне в кабинет. Немедленно! — и ушёл, так же стремительно, как появился.
Мы дружно вскочили и двинулись за ним. Я даже нервно воротник поправила. Куда-то моё спокойствие улетучилось мгновенно, стоило его увидеть. Да и Тода что-то сбледнул слегка. В логово начальства я входила, не зная чего ожидать. Понятно, что сначала нам изложат дело. Но потом… Мало ли что придёт ему в голову.
Однако ничего не происходит. Бросая на меня странные задумчивые взгляды, лорд Гиерно рассказывает нам сначала о том, чем закончилось ночное дознание. Артефакт, как оказалось, у лже-Симона извлекли и скоро его можно будет допросить.
— Это дело ваше, — произносит он и сжимает сурово челюсти. — Лекарь сказал, задержанный придёт в себя к вечеру. А пока ознакомьтесь.
Передо мной на столе появляется небольшая плоская чёрная шкатулка, в каких обычно хранят украшения, а перед Тодой увесистая папка.
— Это изъяли у обычной семьи крестьян, что пересекали границу между Аргандой и Сэйнаром. Подробности в отчётах и протоколах. А это, — Севастьен кладёт рядом с шкатулкой чёрную жемчужину, — то, что спрятали за ухом вчерашнего… липового секретаря.
Склоняюсь над столом, изучая остатки заклинания.
— Почерк тот же, что и на артефакте Янисы Шаньерг, — делаю