Став невольной убийцей, Лика не рассчитывала, что на чужой смерти можно неплохо заработать. Ее услуги пользуются бешеным спросом. Но однажды Лика сама стала мишенью для бандитов: после выполнения очередного заказа ее должны зачистить. Смерть поджидает не только Лику, но и ее мать. И Лика должна спасти ее – самое святое, что у нее есть!
Авторы: Седов Б. К.
что речь идет о менте, да еще о таком крутом! – я покачала головой и стряхнула пепел в услужливо подвинутую Иваном пепельницу, а потом посмотрела на собеседников, ожидая реакции.
Они переглянулись.
– Сумма не проблема! – быстро сказал Иван.
– Двойная оплата! – я не спрашивала, я утверждала.
Вадим хмыкнул, на его широком лбу блеснули капли пота. Сейчас он уже не думал о том, какими неприятностями может обернуться эта сделка. Его комиссионные могли уплыть из-под носа из-за жадности проклятой девки. Однако Иван не стал спорить.
– Хорошо! – он потер руки и спросил, пристально глядя мне в глаза. – Будем считать, что договорились?
– Не будем! – я еще раз покачала головой и ответила ему таким же пристальным взглядом в упор.
Тот все сразу просек, полез в кожаную папку и вытащил еще один конверт, потолще. В конверте были деньги. Обычные зеленые купюры, в которых происходят расчеты в моем мире. Я не постеснялась пересчитать их.
– Доллары вас устраивают? – спросил Иван.
– Вполне! – ответила я, а сама подумала, что надо будет, пожалуй, в следующий раз запросить евро. С долларом ситуация неясная, то он падает, то поднимается!
– Все о’кей? – спросил Иван, следя за тем, как купюры мелькают в моих наманикюренных пальчиках. – Это аванс, вторую часть получите после выполнения заказа!
– Хоккей! – я спрятала деньги в сумочку.
Когда она вышла, Иван хлопнул по плечу разволновавшегося Конишевского.
– Чего взмок-то?! Перевозбудился, что ли?! Поедем сейчас в один клуб на Лиговском, там снимешь напряжение, герой-любовник!
– Не-а! – Конишевский замотал головой и поспешил покинуть развязного партнера.
Оставшись один, Левашов заказал рюмку коньяку «и официантку»! Принимавшая заказ чернявая девица, взглянула на него с интересом. Она в самом деле была бы не прочь провести время с этим состоятельным господином, даже если речь шла только об одной ночи. Мужчина был из тех, из кого можно запросто вытянуть дорогое украшение или приличную сумму «на булавки». Такую, что здесь за месяц не получишь, вкалывая двадцать четыре часа в сутки.
Все ее мысли отразились так ясно на искусно наштукатуренном личике, что Левашов, уже нисколько не стесняясь, ухватил задумавшуюся красавицу за круглый задик. Та пискнула и боязливо покосилась на дверь – вдруг кто-нибудь войдет.
Иван уже расстегнул брюки, выпуская наружу своего молодца. Девушка вяло сымитировала сопротивление, но через несколько секунд уже стояла на коленях перед посетителем и часто поднимала и опускала голову, словно птица, клюющая что-то необыкновенно вкусное.
Левашов запустил руку в ее волосы, контролируя движения. Разрядка была ему просто необходима после встречи с Маркизой. Эта загадочная киллерша пробудила в нем жгучее желание, которое до сих пор не вызывала ни одна другая женщина. Вероятно, дело было в ее профессии. Девушка-убийца! Да, это возбуждало. Он хотел бы обладать ею, но пока что это было невозможно. Девица, похоже, холодна, как статуя. Может, фригидна, а может, и лесбиянка. Впрочем, все это не имело значения. Для Левашова были важны только его собственные ощущения.
– Я просто должен трахнуть эту сучку! – заявил он, глядя в потолок, украшенный безвкусной лепниной.
– Что вы сказали?! – спросила официантка, выпустив на мгновение член из напомаженного ротика.
И в ту же секунду Иван разрядился, подпортив ее макияж.
Итак, заказ получен, у меня на руках аванс и все необходимые сведения. Оставалось только быстренько все спланировать и выполнить взятые на себя обязательства. Сжатые сроки меня устраивали. За это время Стилет не успеет ничего заподозрить, и моя партизанщина на ниве наемного душегубства пройдет для него совершенно незамеченной. Я очень на это надеялась. В крайнем случае можно свалить все на Конишевского.
День Лагутина строго распланирован по обычному и редко меняющемуся расписанию. О том, чтобы «снять» его на службе, разумеется, и речи не могло быть. Штурмовать ГУВД мне пока не под силу.
Я тщательно изучила всю документацию по жертве. Судя по имеющимся бумажкам, он был исправным служакой, на первый взгляд – безукоризненно честным, хотя кто его там на самом деле знает. После громких скандалов в питерском ГУВД, о которых столько говорили и писали, я была склонна видеть во всех ментах, особенно высокопоставленных, исключительно продажных негодяев и коррупционеров.
У него была любовница, двадцатилетняя дуреха, родом из какой-то тьмутаракани. Я хорошо ее себе представляла. Этакая лялечка из провинции
