а я стояла и слушала музыку, от которой невольно проходили мурашки по всему телу. Произведение, что он играл, было мне отчего-то знакомо, но я упорно не могла вспомнить, где его слышала. Я наблюдала за кистями его рук, которые плавно, передвигались по клавишам, не веря, что Максим ТАК играет.
Завершив последний аккорд, он начал закрывать крышку рояля.
— Стой. Не надо. — Попросила я, проходя в комнату. — Сыграй что нибудь еще. Пожалуйста. — Добавила тихо.
— Садись. — Он похлопал по месту, рядом с собой. Послушно сев, посмотрела на него.
— Почему…. — Слов не было. — Как…. Блин. Где ты научился так играть?
— Меня учила мать.
— Она прекрасный учитель! — Выдохнула я. — Ты просто обалденно играешь.
— Спасибо солнышко. — Усмехнулся Максим. — Так что тебе сыграть?
— Незнаю. — Я была в затруднении. — Линкин парк сможешь? — Я обожаю эту группу.
— Посмотрим. — Прикоснувшись к роялю, его пальцы начали наигрывать знакомую мелодию. Numb. Моя любимая песня. Сидя рядом с ним, я просто не дышала. Ритм он слегка замедлил, переделав на свой мотив и это было великолепно. Я просто не могла оторвать взгляд от Максима. Его лицо выражало некое спокойствие, всегда присущее ему. Все это как будто завораживало, заставляя пульс ускорятся и дышать чуть быстрее.
— Браво! — Похлопала я, когда он перестал играть. — Скажи своей маме просто ОГРОМНОЕ спасибо. Это великолепно!
— Навряд ли это получится. — Мрачно бросил он. — Она умерла пять лет назад.
— Прости. — Вся веселость куда-то испарилась. Смотря на посерьезневшего Макса, я не знала что сказать. Протянув руку, я сжала его ладонь. Посмотрев на меня, в его глазах проскользнуло что-то вроде нежности. Но мне могло это показаться. Он переплел наши пальцы, чуть сжимая мою кисть, затем подняв, прикоснулся к моей руке губами. Как будто маленькими иголочками начало покалывать то место.
Максим…. Ну зачем ты так? — Хотелось крикнуть мне.
— Пошли, поедим. Ты, наверное, голодная. — Встав, он потянул меня за собой.
Сейчас в голове у меня были мысли не о еде, но чтобы отвлечься, я пошла за ним.
Как ни странно, вечер прошел на удивление тихо. Максим был прекрасным и интересным собеседником. Было не привычно, вот так вот сидеть, разговаривать с ним обо всем. Досидевшись до поздна, мы все-таки пошли спать. Перед дверью моей спальни, Макс взяв мое лицо в руки, поцеловал. Не так как раньше. Нежно. И я не сопротивляясь ответила ему.
— Спокойной ночи. — Тихо пожелал он мне.
— Спокойной ночи….
Мы разошлись по спальням. Лежа в своей постели, я всем своим существом ощущала присутствие Максима за стеной. В соседней комнате. Вздохнув, перевернулась на бок, и попыталась уснуть.
Проснулась от какого-то странного чувства. Открыв глаза, поняла, что это было.
— Красин, что ты здесь делаешь? — Сонно прохрипела я, поворачиваясь на другой бок.
-Мне стало скучно. Вот жду, когда ты проснешься. — Сложив руки на кровати, он сидел на полу, с интересом смотря на меня.
— Свали. Дай поспать. — Проворчала я, утыкаясь носом поглубже в подушку. Почувствовала, как с меня стаскивают одеяло. — Ты чего делаешь?!
— Хватит спать, соня.
— Уйди лучше по-хорошему.
Но, кажется, на него мои слова не подействовали. Рассердившись, села и, взяв подушку в руки, ударила ею. — Получай охломон! — Видимо я недооценила Максима, так как в его руки была взята вторая подушка и направлена в меня.
— Ах ты! — Воскликнула я, вскакивая с кровати. Макс тихо смеялся, сидя на полу. Но смех его прекратился, как только моя подушка достигла цели в виде его лица. Теперь уже смеялась я.
— Ну что? Получил Казанова?! — Стоя на кровати, победно произнесла я. И тут, перед глазами мелькнуло что-то белое, и я уже сидела. — Это война, Красин. — Взяв подушку в руки, начала бить его. Максим весело хохотал, отбиваясь руками.
— Солнышко, ну зачем же так?
— Ууу! Я еще не так могу. — Смеясь, била его по всем частям тела. Через мину пять, мы, оба хохоча, дрались подушками. Вернее била я. Максим своей отбивался. Не услышав треск ткани, я нанесла удар ему на голову, и белоснежная куча перьев высыпалась ему на голову.
— Ой. — Я замерла.
Проморгав, Максим осмотрел себя. С ног до головы осыпанный перьями, он смотрелся очень смешно.
— Макс, я не хотела…. — Жалобно протянула я, не зная, плакать мне или смеяться. Но тут он сделал поистине удивительную вещь — взяв вторую подушку, разорвал ее и…. Высыпал все содержимое мне на голову.
— Получай ответку. — Хмыкнул он и начал откровенно ржать. — Пташечка моя.
— Ты…. — Гневно посмотрев на него, зацепила
