Я решил попробовать свои силы в популярном ныне разделе фантастики о «попаданцах», впечатлившись произведениями некоторых авторов Самиздата. Мой опус можно отнести к разряду «фанфиков». Но мне захотелось попробовать обойтись без значимых «роялей». Вспомнил себя в 1978 году и представил, а что бы я смог сделать для себя, своих близких и страны не имея ничего, кроме памяти, знаний и навыков из своего будущего. При этом учитывая, что память обычного человека не совершенна.
Авторы: Сергей Владимирович Савелов
Впервые вижу, как на моих глазах рождается песня. Такая замечательная, — чуть ли не шепчет Евгения Сергеевна.
Павел снова кивает головой.
— Напой мотив, пусть Паша подберет. Вдруг забудется, — беспокоится она.
Подбираем ноты к мелодии, которую старательно пытаюсь напеть. Наконец мелодия перенесена в тетрадь, и Павел играет мелодию куплета и припева.
— Красиво, — отмечает наш главный критик Евгения Сергеевна, — вот бы со словами послушать, — мечтательно продолжает.
— Придумаю, — обещаю я.
Объявляю о скором своем отъезде в лагерь комсомольского актива. Компаньоны заметно расстраиваются, но требуют от меня принести слова к песне до отъезда. Договариваемся, что «Городские цветы» Евгения Сергеевна может предложить своей знакомой из областной филармонии. Та, по слухам, уже засветилась с моими песнями на Московских площадках в сборных концертах. Возможно, скоро будут крутить на радио.
Предложил за «Цветы» просить три тысячи рублей, раз Евгения Сергеевна обещала. Но продавать — не ниже двух тысяч. Если не согласятся, то у меня есть, кому продать дороже.
Прошу Павла переписать «Дорогу жизни» на отдельную пленку и держать пока у себя.
В прихожей на прощание Евгения Сергеевна привычно взлохматила мне волосы и сама же привела прическу в порядок.
По дороге домой пытаюсь выполнить желание Евгении Сергеевны и придумать слова к песне. Гоняю в голове знакомые слова с мотивом, пытаясь подобрать рифмы.
— Эй, фраерок, постой, — заставляет мне прийти в себя неожиданный окрик.
Смотрю, на тропинку выходят трое парней и перекрывают мне путь. Чувствую исходящую от них угрозу. Моментально концентрируюсь. Опасность! Откуда они появились? Справа громоздятся железобетонные строительные конструкции склада под открытым небом. Впереди тропинка, ведущая из Нового микрорайона к проходной нашего завода пуста. Позади вдалеке какой-то прохожий. Оцениваю троицу (не святую). Возраст от двадцати двух до тридцати. Одеты неряшливо, в поношенные вещи. Некоторые не по размеру, особенно у левого мелкого. У центрального — наколки на руках. Похоже — «химики».
Знаю, что в городе находится немалый контингент осужденных с обязательным привлечением к труду. «Химики». Они строят в городе филиал подмосковного завода по производству электронного оборудования и некоторые другие объекты. Находятся под надзором нашей милиции. Размещают их, как правило, компактно поблизости от строящихся объектов. Выход в город для них ограничен, но они умудряются покидать место проживания. В свое время за нашим поселком «химики» стоили новый молочный завод. С некоторыми из них мы дружили. Нормальные ребята. Знаю, что после завоза новой партии осужденных треть из них, почувствовав воздух свободы, вскоре «раскручиваются» по новой. Совершают новое преступление и убывают на «зону» с увеличенным сроком.
Беспредельщики, типа этих надолго на «химии» не задерживаются. Что-то я не слышал о новом завозе осужденных. «Химики» стоят расслабленно, насмешливо ухмыляясь. Чувствуют себя хозяевами положения перед пацаном в безлюдном месте. Все это моментально промелькнуло в голове.
Схватка на не ограниченной площадке с несколькими противниками. Жестко и решительно первым выбить наиболее опасного (лидера), используя любые приемы борьбы без ограничений. Быстро перемещаясь, стараться держать перед собой одного противника. Использовать для ударов все конечности, выбирая наиболее уязвимые и болезненные точки. Непрерывно контролировать обстановку вокруг. Не допустить прийти в себя ранее поверженным противникам. Все это всплыло в голове моментально, то чему когда-то меня учили.
— Шкет, отслюнявь братве «башлей», — улыбаясь, с угрозой процедил центральный, — денежкой поделись, а то «трубы горят», — сам же перевел и объяснил причину «наезда». — Прикинут ты не плохо. Не обеднеешь, — кивает на джинсы. — Да и шмотки с лопарями и баками снимай. Добежишь так до мамки. Ну? — угрожает и решительно шагает вперед.
«А вот это мне на руку!» — мелькает мысль. Делаю быстрый шаг на встречу и с размаху бью левой ногой по коленной чашечке передней ноги противника. Мужик от боли сгибается. Раскручиваясь корпусом, бью правой в челюсть. Мужика сносит под ноги левому мелкому. Аут. Не останавливаясь, подскакиваю к правому — самому крупному из троицы и костяшками согнутых пальцев бью в горло и тут же другой рукой с разворота в челюсть. Нокаут. Разворачиваюсь к первому и из всех сил с размаха бью ногой в голову, поднимающемуся грабителю. Быстро перемещаюсь к последнему. Тот от испуга протягивает руки ладонями ко мне и просит:
— Паря, паря! Не, не.
Шагает назад, спотыкается
