Я решил попробовать свои силы в популярном ныне разделе фантастики о «попаданцах», впечатлившись произведениями некоторых авторов Самиздата. Мой опус можно отнести к разряду «фанфиков». Но мне захотелось попробовать обойтись без значимых «роялей». Вспомнил себя в 1978 году и представил, а что бы я смог сделать для себя, своих близких и страны не имея ничего, кроме памяти, знаний и навыков из своего будущего. При этом учитывая, что память обычного человека не совершенна.
Авторы: Сергей Владимирович Савелов
все из нас бывали в ведомственных пионерских лагерях. Вообще лагерная атмосфера была дружеской и доброжелательной. Из ребят никто пальцы не гнул, не «понтовался». Девчонки развязность и распущенность не демонстрировали.
Я молчал и не выступал. Знал, чем все кончится и не был в пионерском лагере примерным пионером. Все девизы, речевки мне тогда были «до фонаря». Почти ничего не помнил.
После собрания Павел, пошептавшись с Наташкой, предложил ребятам пройти в лес и подготовить костер для нашего отряда. Наташка провела нас в лес. В пятидесяти метрах от отрядного корпуса на поляне показала нам место отрядного костра. Объяснила, что после отбоя мы всем отрядом «сбежим» сюда, где организуем свой неофициальный отрядный костер. Место уже было оборудовано заранее. На поляне вокруг старого кострища квадратом лежали распиленные пополам бревна плоской стороной вверх. «Откуда Наташка могла знать заранее об этом месте?» — впервые зародилось подозрение. Вероятно, она не обычная активистка, а третий негласный комиссар, назначенный от Обкома комсомола. Официальным комиссарам доступ на такие «тайные» отрядные мероприятия был закрыт.
После отбоя комиссары, как будто не зная о наших планах, обошли палаты и пожелали спокойной ночи. Услышав стук в дверь, вышли в ночь в «самоволку». На поляне разожгли костер, и расселись на бревнах. Размеры бревен были, как будто рассчитаны на наше количество. «Все продумано до нас!» — отметил про себя. Вездесущая Наташка предложила организовать вечер знакомств «Расскажи мне о себе». По очереди стали представляться и рассказывать. В зависимости от характера все рассказывали кто, стесняясь, кто с юмором. А кто-то будто читал доклад.
Пока ждал своей очереди, раздумывал, стоит ли признаваться о своем «творчестве». Решил, что пока рано. Я не помнил, есть ли в лагере гитара. Заметил, что кто-то из активистов ехал с гитарой. Но он или она оказались в другом отряде. Хотя в путевке указывалось брать с собой инструменты, на которых играешь, решил свою гитару поберечь.
Когда подошла моя очередь, представился, назвал место жительства, комсомольскую должность и то, что увлекаюсь спортом. Хорошо, что Валерка представлялся раньше меня и был более говорлив и насмешлив. Его избрали «спорторгом» отряда. Какую-то девчонку — «культоргом». Потом начали разучивать и петь в орлятском кругу комсомольские, походные и туристические песни. Наташка знала песен немеряно, но не имела слуха и голоса. Но оказалось и без нее знатоков много. Отрядный ночной костер всем без исключения понравился. Я знал, что мы неоднократно еще будем «сбегать» сюда. Вернулись в корпус далеко за полночь.
Утро началось по сигналу настоящего горна. Зарядка оказалось для меня слишком легкой и короткой. Перед зарядкой спорторг лагеря уведомил, что он проводит с нами зарядку первый и последний раз. В последующие дни на его месте будет кого-нибудь из нас по очереди. Еще одно отличие от пионерлагеря.
Сразу после зарядки отправился крутиться на турнике и упражняться на брусьях. Потом провел привычные упражнения на растяжку и «бой с тенью». Не хватало бега. Привык уже. Надо поинтересоваться скакалками в лагерном спортинвентаре. «Может раньше вставать и бегать на Волгу?» — пришла мысль. Хватит полчаса добежать, окунуться и вернуться к подъему. Будет ли это нарушением распорядка дня? Только как встать самому? Решил подойти к завхозу и заказать будильник.
Романов с раздражением смотрел на два письма, лежащие перед ним на столе. Он разозлился, когда вечером жена передала ему первое письмо. Как всегда вернулся домой поздно, морально и физически измотанный. Сколько всего за день приходится решать различных безотлагательных вопросов. Пробивать, проталкивать. Иной раз некоторых тупых или ленивых руководителей хотелось немедленно убрать с должности и отправить копать канавы или рубить лес. Больше они ни на что были не способны. Но приходится работать с теми, кто есть. И так его обвиняют в авторитарных методах руководства.
Дома хотелось отдохнуть, отрешиться от всех проблем и наконец, выспаться. А тут это письмо подсовывают. Дуры! Ведь категорически запретил принимать послания. По опыту знал, что на девяносто девять процентов это письма от непризнанных гениев, хамов или сутяжников, которые не прошли бы фильтр Отдела писем. Только один процент обращений к нему требовал разбирательств, да и то решаемых в обычном порядке, даже не на уровне Обкома КПСС. Хотел, не распечатывая, сразу приказать выкинуть в мусор. Жена «проблеяла» что-то о ленинградском насильнике. Отмахнулся и пошел переодеваться в домашнее. Жена не решилась больше напоминать, а он
