Я решил попробовать свои силы в популярном ныне разделе фантастики о «попаданцах», впечатлившись произведениями некоторых авторов Самиздата. Мой опус можно отнести к разряду «фанфиков». Но мне захотелось попробовать обойтись без значимых «роялей». Вспомнил себя в 1978 году и представил, а что бы я смог сделать для себя, своих близких и страны не имея ничего, кроме памяти, знаний и навыков из своего будущего. При этом учитывая, что память обычного человека не совершенна.
Авторы: Сергей Владимирович Савелов
и чем гордиться. Когда она вечером в своей красной мини юбке и черных колготках проходит через фойе, полном подростков, которые собирались в кино — наступает тишина. Все, отвесив челюсти, проводят глазами вызывающе сексуальную фигуру. Какие же эротические фантазии будоражат подростковые умы и как бурлят гормоны? Она уже скроется, а ребята все еще не могут прийти в себя.
Появилась она в клубе года 2 назад. С тех пор из старшеклассников 8-10 классов школы создан и существует ансамбль бального танца. Лауреаты каких-то конкурсов! Из моего класса туда ходит Маринка Белова (первая красавица класса), Юрка Семенов (черный, как цыган, и косолапый) и еще несколько ребят.
На сцене танцуют шесть пар под песню «Rain» (Дождь). Девчонки в желтых платьях по колено (Ну и цвет!), ребята в черных брюках и белых рубашках. Юрка, как и ожидалось, заметно косолапит. (Зачем он на бальные танцы пошел?) У многих танцоров заметна подростковая угловатость в движениях. Маринка чувствует себя на сцене и в танце, как дышит. Гармонична. Хотя в спорте не выделяется. Также уверенно держится на сцене ее подруга из десятого класса Юлька, тоже красавица с отменной фигуркой. У обеих есть парни, выпускники в нашей школе и выпустились в прошлом году. Сейчас оба — студенты института. Оба танцевали во «Вдохновении», оба играли в школьном ВИА.
Танец закончился. Зрители реагируют довольно бурно. Вообще, у нас сейчас зрители всегда тепло относятся к артистам, снисходительно относятся к неловкости, неумелости или ошибкам. А вот умелых, хорошо подготовленных — любят. Как «Вдохновение». Смотрю вниз в зал на затылки зрителей. Похоже, пополам молодежи и взрослых. Возле стен опоздавшие, как правило, взрослые. Мужчин меньше, чем женщин.
Мои родители никогда не ходят на концерты. Отец, раньше ходил на футбол на встречи сборных городов и меня с собой брал. Потом перестал интересоваться. Не ходил даже, когда я играл. Меня это, почему-то не задевало.
Тем временем, концерт шел своим чередом. Ребята, сначала пытались меня вовлечь в обсуждение артистов, но видя меня, погрузившегося в свои мысли, отстали. Спрашиваю, сколько времени? Без десяти семь. Приближается момент истины. Ну, девчонки, не подведите! Надо идти.
— Все ребята, я пошел, — встаю и выбираюсь к выходу. На выходе, вижу знакомое лицо мужика и направляю его на свое место. Поднимаюсь к выходу на сцену. Оказывается, сбоку от сцены довольно большое пространство, невидимое из зрительного зала. Вижу здесь Ольгу, со знакомыми листами в руках, Ленку — конферансье, Валеру и Евгению Сергеевну. Тут же толпились исполнители следующего номера в старинных русских нарядах и другие взрослые и дети. Ольга, увидев меня, громко прошептала:
— Ваше выступление через четыре номера.
Евгения Сергеевна успела спросить:
— Как девочки, настроены?
Заверил:
— Сейчас пойду, проверю.
— Мы уже тут слышали, как ты внизу поднимал настроение артистам. В зале слышно было.
— Ладно, я пошел. Только оповестите нас и про занавес не забудьте. — Кивают.
— Сережа, только потише, я умоляю — Ольга громким шепотом. Ленка улыбается мне.
Спускаюсь под сцену. Опять в раздумьях. Как идти в женскую раздевалку? Тут появляется в коридоре Леня Кравченко.
— А ты чего тут? — интересуется. (Понять его можно, до недавнего времени — я и искусство ходили по разным улицам.)
— Трамвай жду, а что? — он немного подумал и заржал. (Опять я буду виноват.)
— Тише, тише Леня. Я тут паренька с аккордеоном ищу. — Он на миг задумывается:
— Есть такой, заходи, — кивает на дверь, из которой вышел.
Мужская раздевалка — одни пацаны. Вижу знакомые лица одноклассников Семихина Серегу и Кузьмина Серегу. И этот играет? У него же с детства слух понижен. Во всех классах сидел на первой парте. Наверное, наследственное — родители глухонемые. Здороваюсь со всеми и направляюсь к одноклассникам:
— А я и не знал, что вас в постоянный состав приняли. Поздравляю! — Жму руки.
— Да вот, я на ритме… — Семихин, как всегда смущен.
— А Серега на ударных, — кивает на Кузю.
— Ладно, удачи! — искренне желаю.
Нахожу глазами Толька с аккордеоном в обнимку, забившемуся в уголке. Смотрит на меня с надеждой и ожиданием. Киваю ему на дверь.
— Тебя что, здесь обижали? — притормаживаю в дверях. Он активно мотает головой.
— Волнуюсь, — признается.
В коридоре останавливаюсь.
— Давай здесь подождем наших Айседор.
— Каких Аседор? — пискнул.
— Айседора Дункан, жена Есенина, великая танцовщица двадцатых-тридцатых годов. Не знаешь Есенина? — расширяю кругозор подростка.
— Знаю, моя мама стихи его любит. А
