Я вас не помню…

она.
– Вы не ответили на мой вопрос, – сказал Дилан, и тон его тут же переменился.
– Какой вопрос? – у Мэгги от волнения сел голос. Зачем он спрашивает и к чему все это приведет?
– О наших отношениях. Когда мы познакомились? Как долго мы были любовниками?
Мэгги ощутила, как бешено заколотилось сердце, но, набравшись храбрости, прямо посмотрела в его серые, сверлившие ее глаза.
Чувствуя волнение матери, ребенок повел себя беспокойно, мешая ей и усугубляя и без того огромное напряжение. «Только бы не проявить слабость и не сбежать, чтобы запереться в своей комнате», – думала она.
Какое-то мгновение Мэгги попыталась наспех сочинить романтическую историю о том, как они безумно влюбились друг в друга с первого же взгляда в день свадьбы ее отца и тетушки Дилана.
Это было в какой-то степени правдой, если речь шла о ней, но о чувствах Дилана она ничего не знала.
– Мы… я… – Мэгги умолкла и отступила назад, отведя в сторону взгляд. С трудом перевела дыхание и постаралась не обращать внимания на то, что сердце готово выскочить из груди. – Мы встретились… – Ей стало трудно дышать.
Может, прямо сказать ему, что никаких отношений между ними не было? Надо ли ему говорить о том, что любовниками они стали всего на одну ночь, что это было восемь месяцев назад, когда они оба горько оплакивали гибель родных и ощущали себя одинокими, покинутыми и несчастными?
– Простите, но мне нехорошо, – наконец нашлась Мэгги. Она и вправду почувствовала, что близка к обмороку. – Вы не возражаете, если мы поговорим об этом в другой раз? – Слабый голос подтверждал ее состояние.
Дилан долго молчал. Мэгги догадывалась об отчаянии, охватившем его.
– О, конечно, – наконец согласился он.
Мэгги облегченно вздохнула.
– Ваша комната в этой половине, – она провела его через холл.
В конце холла открыла дверь в небольшую спальню для гостей, в которой Дилан спал в свой последний приезд в этот дом.
– Здесь есть своя ванная, – сказала Мэгги и отступила назад, давая ему пройти. – Да, чистые полотенца найдете в шкафу в ванной, – добавила она.
– Спасибо. – Когда Дилан осторожно протискивался мимо Мэгги, он рукой чуть коснулся ее живота. От этого прикосновения у Мэгги пробежал холодок по спине.
– Спокойной ночи, – едва слышно промолвила она.
– Спокойной ночи, – ответил Дилан.
Мэгги поспешила поскорее добраться до своей спальни.
Войдя в нее и закрыв дверь, она устало прислонилась к косяку и сделала несколько глубоких вдохов, убеждая себя, что Дилан не имеет никакого отношения к ее самочувствию, а во всем виновато статическое электричество от ковра в холле.
Подойдя к окну, Мэгги постояла перед ним, наслаждаясь вечерней прохладой и ароматом роз, цветущих под окном.
Как часто она так же стояла перед окном, глядя на звездное небо, и мечтала, что вот-вот приедет Дилан и все ее надежды исполнятся.
Ее желание сбылось… во всяком случае, отчасти. Дилан вернулся. Исполнятся ли другие?..

Мэгги стояла у плиты, готовя завтрак супругам Чейсон. Ветчина шипела на сковороде и раздражала ее своим запахом.
Стирая капельки пота с висков, Мэгги старалась дышать ровно, глубоко, чтобы побороть подступавшую дурноту.
– Ммм… Утром, когда просыпаешься, нет ничего приятней аромата поджаренного бекона.
Голос за спиной заставил ее вздрогнуть. Бросив взгляд через плечо, она увидела Дилана – мокрые после душа волосы, все те же джинсы и та же белая футболка.
Слабость и дурнота некстати усилились.
– Доброе утро, – поздоровалась Мэгги, снова поворачиваясь к плите.
– Как вы себя чувствуете? Вы немного бледны.
Он остановился у нее за спиной. Мэгги даже слышала запах его кожи и ровное дыхание. Она чувствовала, как ее слабеющие ноги подгибаются.
– О! – тихо простонала Мэгги, и если бы Дилан не оказался рядом, она рухнула бы на пол.
– Вот так… Я поймал вас, – произнес Дилан, подхватив ее сильными руками и помогая снова встать на ноги. Она чувствовала, как напряглись его крепкие мускулы.
Легкое дыхание Дилана щекотало ей щеку. Мэгги пыталась унять учащенно бьющееся сердце. Закрыв глаза, она даже вообразила на мгновение, что лежит в объятиях Дилана.
– Вам лучше сесть, – склонившись над ней, посоветовал он и довел ее до ближайшего стула.
Убедившись, что она благополучно села, Дилан наконец опустил руки. Мэгги, почти плача, пыталась что-то сказать.
– Что случилось? – спросил Дилан, нагнувшись к ней.
– Утреннее недомогание, – попробовала объяснить свое состояние Мэгги.
– Утреннее