Я вас не помню…

– Останься… пожалуйста, – едва вымолвила она хриплым голосом, тяжело дыша. Дилан чувствовал, как ее пальцы впились в его руку, и подивился их силе.
– Все нормально, – подбадривая ее, проговорил доктор Уитни. – Вы все делаете правильно, Мэгги. Но пока это только начало.
Мэгги, борясь с болью, ничего не ответила. Она вцепилась в Дилана и была невероятно рада тому, что он попросил у нее позволения остаться.
Она сама стойко перенесла все тяготы беременности, сама следила за тем, как изменяется ее тело, и сама готовила себя к главному моменту. Теперь, когда он наступил, Мэгги испытывала не только счастье, но и облегчение оттого, что она теперь не одна и что Дилан рядом и разделяет с ней этот торжественный момент – рождение их ребенка.
Схватки участились, Мэгги кричала, как бы протестуя против того, что передышки становились все короче.
– Дыши… Так, хорошо, очень хорошо, ты молодец, Мэгги.
Голос Дилана совсем рядом, прямо у ее уха, был тих и странно успокаивал ее. Она чувствовала прохладную повязку на лбу. И, посмотрев на Дилана, увидела его ободряющую улыбку. Он же продолжал вытирать испарину с ее лица. Схватки усилились, начались родовые потуги, у Мэгги появилось такое чувство, будто ей следовало поскорее от чего-то освободиться.
Медсестра дала Дилану стул, и это позволило ему ближе придвинуться к Мэгги, гладить ее руки и освежать лицо прохладной салфеткой.
– Тужьтесь, Мэгги… ребенок пошел. Взгляните в зеркало, уже видна его головка, – подбадривал роженицу доктор Уитни. – А теперь остановитесь, подождите… не тужьтесь.
Мэгги, сосредоточив внимание на зеркале, стиснув зубы, сдерживала себя, хотя готова была заорать на доктора Уитни и сообщить ему, что ей невмоготу сдерживаться, а он может идти к черту.
– Подожди, дорогая, – шепнул ей Дилан, и нежность и забота в его голосе помогли ей сдержаться.
– О’кей, Мэгги… теперь тужьтесь! – наконец разрешил доктор.
– О!.. – Мэгги, задержав дыхание, стала тужиться изо всех сил, все сильнее впиваясь пальцами в руку Дилана, и ее стоны перешли в крик.
– Хватит… сдержитесь! Отдохните, – услышала она приказ доктора. – Это будет уже последняя потуга.
Мэгги судорожно хватала воздух, словно пыталась отдышаться после сумасшедшего марафона.
– Тужьтесь! – прозвучал приказ.
– Я не могу, – застонала Мэгги.
– Можешь, – шепнул ей Дилан, и ради него, собрав последние, как ей казалось, силы, она наконец вытолкнула на свет ребенка.
Измученная, обессиленная, она откинулась на подушки, пытаясь отдышаться, и вдруг услышала первый крик своего ребенка.
– Мальчик! – торжественно объявил доктор Уитни. – Мэгги, Дилан, у вас родился сын.
Слезы брызнули из глаз Мэгги и покатились по щекам. Она повернулась к Дилану, на лице которого была гордость, смешанная со страхом. Взгляды их встретились, и на какое-то крохотное мгновение ей показалось, что в его глазах была любовь.
– Хотите подержать его в руках? – спросил Дилана доктор, разрушив их мгновенное единение.
Мэгги увидела, как Дилан протянул руки, чтобы принять в них сына.
– Поздравляю вас обоих, – промолвил Уитни. – Я слышал о вашем своевременном венчании. Очень кстати, – доктор добродушно засмеялся.
Дилан смотрел на крохотного человечка, наспех укрытого полотенцем, и не мог оторвать от него глаз. Его сын! Откинув край полотенца, он пересчитал все десять пальчиков малыша и широко улыбнулся; особенно он был доволен черным пушком на голове сына.
Он участвовал в явлении некоего чуда… только так он мог назвать то, что произошло. Оторвав взор от сына, он посмотрел на Мэгги.
– Он великолепен, – гордо произнес Дилан. – И красив, как его мама, – добавил он искренне и с любовью.

Через полчаса Мэгги была перевезена в отдельную палату на третьем этаже.
Чувствуя усталость, она невольно все время ощущала беспокойство и не отпускала от себя ребенка.
– С ним все в порядке? – спрашивала она сестру и очень неохотно отдала его в другие руки: его надо было мыть, потом взвесить и измерить.
– С ним все хорошо, – успокоила ее сестра. – Но он устал от трудной работы. Вам принесут его, как только он проснется. А пока вы тоже должны постараться уснуть… вам это очень нужно.
– А мой… муж? – со вздохом спросила Мэгги.
– Он возле детской комнаты, – ответила сестра. – Сказать ему, что вы хотите его видеть, да?
– Да, пожалуйста, – промолвила Мэгги, опускаясь на подушку.
Медсестра ушла, но Мэгги не собиралась спать. Ей хотелось поблагодарить Дилана за поддержку и помощь при родах. Но веки ее тяжелели, и наконец она сдалась и погрузилась в глубокий сон.
Проснувшись через час, Мэгги увидела