Я выбираю быть твоей

быть, на самом деле. А если нет, то в каком смысле стойка имелась в виду? Неужели как на потенциальную любовницу?
Невольно вспоминаю вчерашний визит Рока… Поцелуй… прикосновения. Телом пробегает чувственная дрожь, сосредотачиваясь трепещущим теплом внизу живота. Какова вероятность, что вслед за поцелуями с меня потребуют большего? И что мне делать тогда? Особенно с учётом того, что на одну вескую причину для отказа только что стало меньше. Ос-собенно с учётом того, что от одной мысли о Роке, телом бегут горячие мурашки возбуждения. И не приструнить их никак.
Хотя, если разобраться, рано я бью тревогу. Нет, ну правда. Может и не собирается он ничего такого делать и предлагать. Да и Эмари отправил прочь точно не из-за меня. Тут я иллюзий не питаю, да и слова Жозелин на это намекают. Вот не вводит меня в заблуждение та, можно сказать, мягкость, с которой адамир отнёсся ко мне. Властная жёсткость Рока чувствуется буквально на физическом уровне. Этот мужчина точно не тот, ко позволит нарушать его приказы и правила. в его же доме А Эмари в чём-то явно проштрафилась, позволив себе лишнее, вот и поплатилась потерей покровителя. И я тут совершенно не при чем. Разве что моё присутствие спровоцировало ревнивую женщину. Но уж точно не повлияло на решение адамира.
А значит, прекращаем себя накручивать и решаем проблемы по мере их поступления. Сейчас вот явно надо закончить завтрак. Малыш проголодался. А потом пойти наконец погулять. Теперь-то я знаю, почему Жозелин рекомендовала сделать это после обеда.

Жозелин явилась спустя часа три, наверное. Зашла вся такая невозмутимая, но мое воображение, или чутьё — тут ещё разобраться надо — живо нарисовало глубокую степень удовлетворения в ее эмоциях. Я за это время успела тщательно изучить свою комнату, полюбоваться видом с окна, прикинуть какие тона бы смешала, чтобы добиться такого же оттенка, как небо за стеклом, полежать, пялясь в потолок, прокручивая всё тот же прослушанный разговор и представляя, что скажет, или сделает Рок, когда придёт ко мне снова. И да, я успела известись от скуки. Но выходить больше не стала. Стоило мне об этом подумать, так отчего-то тревожно становилось, что я отбрасывала эту мысль, находя очень весомые аргументы, почему этого не стоит делать.
Вот и сейчас, смотрю на свою компаньонку, понимаю, что она собирается предложить, и на душе начинают кошки скрести. Тихо шифером шурша… едет крыша, да-да. Печально. Воздух нам с малышом нужен, значит придётся побороть свои необоснованные тревоги и отправиться этим воздухом дышать.
— Готовы к прогулке, сьера? — ровным тоном интересуется Жозелин, подтверждая мои предположения.
— Да, конечно, — поднимаюсь я с кресла у окна, в котором провела последнюю четверть часа.
— Тогда рекомендую надеть пальто. Сегодня прохладно. И тёплые ботинки.
— Хорошо, — о том, что у меня и пальто и ботинки теперь имеются, я уже знаю, поскольку в гардероб тоже успела заглянуть от нечего делать. Ну ладно, не только от нечего делать. От гложущего любопытства, того самого женского, тоже.
Заглянула, и поняла, что самое необходимое в интерпретации Жозелин — понятие обширное и многочисленное. Даже представить не берусь, сколько на все эти вещи потрачено. И почему. Невозможность отказаться от содержания неприятно царапает изнутри, несмотря на совет Рока воспринимать это, как помощь властей. Слишком уж личным воспринимается его участие в моей жизни, слишком уж я зависима от него. Но выбора у меня всё равно нет. Моему ребёнку нужен этот мужчина, как бы я к нему не относилась. И одежда с обувью тоже нужны, так что придётся свою гордость подвинуть немного.
— Жозелин, а в замке имеется библиотека? — интересуюсь, обуваясь в новые ботиночки. Красивые, изящные и совершенно в пору. И как она угадала? Мерку с меня спящей снимала?
— Конечно, сьера.
— А я могу её… посещать? — я визуал до мозга костей и информацию лучше всего усваиваю, прочитав, или увидев. А информации мне нужно много.
— Думаю, адамир не будет возражать. Я могу узнать у него, если желаете. Или вы сами можете спросить, когда он вернётся, — она бросает на меня внимательный взгляд с оттенком иронии.
— А откуда я узнаю, что он вернулся? — вырывается у меня.
— Уверена, что вы узнаете об этом сразу же, — ирония теперь чувствуется и в голосе.
И на что это она намекает? Что он сразу ко мне придёт? Или Рок как-то феерично домой возвращается и все об этом сразу узнают? На драконе прилетает? Или сам дракон? Представляю невольно огромного чёрного крылатого ящера, пикирующего на башни средневекового замка каждый раз, когда нужно вернуться домой.