Янычар и Мадина

мальчик. Айтек явственно различил ее звонкий, веселый голос и смех ребенка.
Айтек стал подниматься по тропе. Он не знал, о чем хочет поговорить с Мадиной, ему просто хотелось ее увидеть.
Мадина шла быстрой, легкой походкой и что-то рассказывала своему сыну. Мальчик прыгал по камням, при этом живо переговаривался с матерью. В руке Мадина несла небольшую корзинку. Судя по всему, мать и сын направлялись в горы за шиповником. Она была стройна и прекрасна и по-прежнему казалась созданной для любви. Айтеку хотелось сказать: «Помнишь нашу пещерку? Пойдем туда и забудем обо всем!»
Он не осмелился. Вместо этого пристально, ревниво и недобро смотрел на «турчонка». На вид мальчику было лет пять-шесть, в его облике сквозило что-то нездешнее, несвойственное жителям этих мест. Белая кожа, светлые глаза… Встретив мрачный взгляд незнакомого мужчины, ребенок прижался к матери. Мадина погладила его по голове. Привычный, полный любви и нежности жест.
Айтек произнес совсем не то, что собирался произнести:
– Вижу, ты не можешь жить без своего «турчонка»!
– Это мой сын, – веско сказала Мадина. Ее глаза сузились и потемнели от презрения и гнева.
– Он знает, кто его отец?
– Конечно.
Не так давно у Мадины вышел спор с Ливаном, который считал, что мальчика нужно воспитывать в ненависти к османам и ни под каким предлогом не рассказывать ему о том, кто его настоящий отец. Но молодая женщина была непреклонна и настояла на своем.
Айтек прикусил губу. Он вовсе не хотел настраивать ее против себя.
– Что тебе нужно, Айтек?
Какая она независимая, уверенная в себе, хотя ее нынешнее положение едва ли располагает к этому! Асият была другой. Она советовалась с ним по поводу каждой мелочи, была наивна в суждениях и беспомощна в принятии решений. Случалось, Айтек корил ее за это. Однако в этот миг ему казалось, что по-настоящему преданная мужу, уважающая его жена и должна быть такой.
Молодой человек снова сказал то, чего вовсе не хотел говорить:
– Я слышал, ты собираешься замуж?
Айтек лгал. На самом деле до него не доходило таких слухов.
– Нет, – резко ответила Мадина, – я не собираюсь замуж. – Она взяла мальчика за руку. – Теперь я могу идти?
Айтек почувствовал, что проиграл. Он сел на камень и сложил руки.
– Конечно, Мадина. Прости. Я всего лишь хотел с тобой поговорить. Выяснить нечто важное. Я могу это сделать?
Она немного подумала и кивнула. Потом сказала ребенку:
– Спустись к воде, Хайдар, собери красивые камешки. Я скоро. – Мальчик искоса взглянул на Айтека, но послушался мать и пошел вниз.
– Скажи, – медленно начал молодой человек, пристально глядя на бывшую невесту, – ты меня любила?
Мадина молчала. Яркий солнечный свет отражался золотистыми точками в ее серьезных карих глазах. По лицу пробегали быстрые тени. Ее красота казалась коварной, словно вино, притягательной, как порок, и вместе с тем странно одухотворенной.
– Ты знаешь, что да, – наконец сказала она. Казалось, Айтек не ожидал такого ответа.
– Почему же тогда… – Начал он, но молодая женщина перебила:
– Разве теперь это важно?
– Да, – твердо произнес он, глядя ей в глаза. – Я хочу знать!
– Тот человек очень сильно меня любил. Вспомни, почему ты женился на Асият, и поймешь.
Айтек встал и, наконец, сделал то, что хотел сделать: взял Мадину за руки и притянул к себе. Она мягко, но уверенно высвободилась из его объятий.
– Нас могут увидеть.
– Раньше ты этого не боялась! – С невольным укором сказал он. Она опустила глаза и молчала.
– Неужели мы не можем быть вместе? – Бессильно спросил он.
– Теперь нет.
– Почему?
– Ты женат, у тебя есть семья. Я не создана для того, чтобы разрушать чужое счастье.
«Ты уже сделала это», – хотел сказать молодой черкес, но промолчал.
Мадина позвала сына, и они пошли по тропе. Мальчик, в отличие от матери, несколько раз оглянулся.
«Она сильнее меня, она выдержит», – подумал Айтек.
Он вернулся домой. Асият возилась с детьми. На ее голове был украшенный кусочками парчи и мелкими серебряными монетами платок, талию обвивал кожаный пояс с массивной серебряной пряжкой. Яркий шелковый бешмет, легкие башмачки – даже дома жена старалась одеваться как можно наряднее и красивее. Не то чтобы Айтеку было неприятно, что Асият хочет выглядеть привлекательной. Временами его раздражало, что жена, словно чего-то боится, словно она играет в игру, которая вот-вот закончится.
Увидев, что муж хмурится, молодая женщина испуганно сжалась. Все те годы, что она успела прожить с Айтеком, Асият невольно ощущала перед ним вину, хотя на самом деле ни в чем