Ярость суккуба

Поверить не могу, что ты до последнего не принимала меня в расчет. Нет, забудь, что я только что сказал. Какие бы несчастья с тобой ни приключились, ты все равно упорно продолжаешь смотреть на мир через розовые очки, особенно на близких людей.
— А разве это плохо? — с вызовом спросила я, почувствовав, как во мне поднимается ярость.
Быть пешкой в чужой игре — ладно, но быть пешкой в игре собственного парня? Ни при каких условиях. Однако… он прав. Очень глупо с моей стороны не принимать его в расчет, но я просто не могла поверить, что он может подвергнуть меня таким мучениям.
— Неудачный поворот событий. Я надеялся, что смогу уберечь тебя от этого, но, видимо, мне это не удалось. — Он быстро взглянул на Сета, потом на меня. — Хотя, конечно, не мне упрекать тебя в наивности, ты меня тоже неплохо подставила. Точнее, подставила ему свою задницу.
На это мне совершенно, нечего было ответить. Я даже не могла сказать «это совсем не то, что ты думаешь», потому что это было именно то, что он думал. Факт оставался фактом: я изменила ему, и он поймал меня на горячем.
— Прости, — тихо сказала я, продолжая сжимать руку Сета.
Сет шагнул вперед. Он не пытался закрыть меня своим телом, но собирался защищать меня от Данте.
— Да-да, я знаю. — Данте раздраженно вздохнул. — Твою мать, Джорджина. Ну, что тебе еще надо? Я никогда не жаловался на твою работу. Пытался сделать так, чтобы нам с тобой хорошо жилось. А ты все равно вернулась к нему. Как только ты поняла, что можешь оттрахать его, не причинив ему вреда, так сразу же кинулась к нему.
— Чтобы нам с тобой хорошо жилось? Ты поэтому ввязался во всю эту историю?
Я вспомнила слова Грега насчет того, что маг, помогающий одному демону призвать другого, получает щедрую плату наложницами и бытовой техникой. В случае Данте все было куда проще — ему заплатили наличными, на которые он покупал мне украшения, цветы и собирался снимать вместе со мной квартиру.
— Суккуб, а что еще мне оставалось?
Он все еще говорил издевательским тоном, но теперь я увидела, как боль исказила его черты. Мне стало жаль его.
— Ты же можешь заполучить хоть короля, хоть рок-звезду. Ты бы все равно не осталась со мной. Хиромантией можно заработать на оплату счетов, а мои заклятия приносили деньги только до поры до времени.
— Это все неважно, — решительно сказала я. — Я бы осталась…
Но, произнеся эти слова, я поняла, что противоречу самой себе. Данте тоже понял это и махнул рукой на Сета, который до сих пор не произнес ни слова, а внимательно смотрел на что-то.
— Ну да, — сказал Данте, — конечно, осталась бы. Заметно.
— Я не хотела этого… не хотела, чтобы ты заключил сделку с дьяволом.
— А чего ты ожидала? Ты знаешь, кто я. Ты стала встречаться со мной, потому что сама захотела перейти на темную сторону. Эта сделка — мой единственный шанс, шанс получить оплату за мои способности. Она хотела лучшего мага и была готова хорошо заплатить.
— Она. Грейс.
— Ты все давно поняла, но ничего мне не сказала. — Данте криво усмехнулся. — Даже когда ты как будто доверяла мне… ты все равно никогда не верила мне до конца. Может, ты и не такая дурочка, как я думал. Когда я приехал к тебе и увидел атлас, то сразу понял, что недооценил тебя. Тебе повезло, что Грейс послала сюда меня, а не явилась сама. Может, нам все-таки удастся вытащить тебя живой из этой переделки.
Сет стоял рядом со мной, достаточно близко, чтобы едва слышно прошептать мне на ухо:
— Часы… она в часах…
У меня не было времени на обдумывание, потому что Сет вдруг отошел на меня и набросился на Данте:
— Слушай, оставь ее в покое, ладно? Ты поймал ее. Она поймала тебя. Ничья. Просто отпусти нас.
Я удивленно уставилась на него, никогда не видела, чтобы он вел себя так агрессивно.
— Ничья? — закричал Данте. — Какая ничья? Я сделал это, потому что люблю ее.
Сет продолжал говорить спокойно, но твердо:
— Любишь? Из-за тебя она впуталась в историю с этой сектой. Из-за тебя ее чуть не убила демонесса.
Данте разъяренно посмотрел на него, подходя ближе.
— Этого не должно было произойти. Идея отправить ее в Канаду пришла Джерому в голову внезапно. Она вообще должна была остаться в стороне от всего этого, дождаться конца стазиса, как все остальные, и вернуться в нормальное состояние, как только Грейс станет архидемоном. Грейс все подпортила, рассказав Нанетт, что Джорджина сует нос не в свои дела, но потом проследила, чтобы Нанетт больше ее не трогала. Я сделал все, что мог, чтобы защитить Джорджину.
Седрик сказал правду. Он действительно ничего не говорил Нанетт, все это дело рук Грейс.
— Да уж, отличная работа!
— Я не виноват! — заорал Данте. — Думай