«Желаю тебе дожить до дня, когда народ забудет твое имя». Эти слова, сказанные графом Логиродом Неустрашимым своему сыну в день совершеннолетия — совсем не проклятие. Ибо в королевстве Элирея фамилия Утерс давно является синонимом понятий «Честь», «Мужество» и «Верность Долгу». Однако встать вровень со своими великими предками не так просто — для того, чтобы заработать уважение, юному графу придется поднять руку на сына своего сюзерена, изменить ход войны и устоять перед взглядом Видящей…
Авторы: Горъ Василий
у меня приказ ПРАВЯЩЕГО короля доставить вас в замок Красной Скалы. И я выполню его в любом случае…
‘Излишняя уверенность — насмешка над Судьбой’… — мелькнуло в голове у Тома. — ‘А она дама капризная. И не любит тех, кто что-то решает за нее… Впрочем, о чем это я? Утерсов она балует… И еще как!’
…Утро четвертого дня началось как обычно — отряд, переночевавший на постоялом дворе перед западными воротами Льесса, сразу после очень раннего завтрака отправился в путь. И, объехав начинающий просыпаться город вдоль крепостной стены, вынесся на развилку между Северным и Восточным трактом.
Проскакать галопом мимо вереницы телег, ожидающих, пока откроются городские ворота, не получилось — запруженной оказалась не только дорога, но и ее обочина. А съезжать с дороги на поле с колосящейся пшеницей графу Утерсу в голову не пришло.
‘Еще бы…’ — мысленно усмехнулся Том. — ‘Ему ли не знать, что лицо, вытоптавшее возделанное поле или огород, наказывается штрафом в размере стоимости всего урожая потерпевшего и двумя неделями общественных работ по усмотрению его сюзерена? Хотя… Нет, официально война не объявлена, значит, скакать напрямик ему и в голову не придет…’
Глядя, с каким уважением кланяются кавалькаде увидевшие цвета Утерсов крестьяне, Томас вдруг почувствовал, что в первый раз за шесть лет не горбится, а наоборот, расправляет плечи. И смотрит в толпу без стеснения.
‘Он обещал, что моя мечта осуществится! Самому королю! А, значит, скоро я смогу гордиться тем, что я — Ромерс!’
…- Ваша милость! Ваша милость!!! — мальчишка лет восьми, бросившийся под копыта коня графа Вэлш, разительно отличался от всех тех, кто собрался на Восточном тракте. Разбитые в кровь босые ноги, продранные на коленях штаны, грязная рубаха без одного рукава, что-то вроде косынки, в которой покоилась сломанная правая рука. Изможденное лицо и жуткий, совершенно недетский взгляд. — Вы ведь граф Утерс, правда же?
— Да, Аурон Утерс… Сын Логирда Утерса… — придержав коня, кивнул граф.
— Тогда вы-то мне и нужны… — сжав в кулак левую руку и слегка покачнувшись, выдохнул малец. — У меня для вас очень важное сообщение…
— Для меня? — удивленно посмотрев на него, переспросил Вэлш.
— Ну, вы же Утерс? Значит, для вас! Только папа сказал, чтобы я говорил без свидетелей… — пацан сжал зубы, зажмурился… и нервно дернул левой рукой, смахивая с щек покатившиеся из глаз слезы.
— Господа, я прошу всех ненадолго оставить свои телеги и удалиться… скажем, на сто шагов… — оглядев мгновенно засуетившихся крестьян, Аурон соскользнул с коня, присел перед ребенком на корточки, и, заглянув в глаза, спросил: — Остальные — мои люди. Можешь говорить спокойно. Кстати, что с твоей рукой? Сломана?
— Угу… Но это неважно… Вчера на рассвете армия Делирии захватила Запруду… а… еще ее воины убили посыльных, дядю Кугса и… и моего отца…
— Этого не может быть… — спрыгнув с коня, воскликнул наследник престола Элиреи. — Ты ничего не путаешь?
— А вы кто, милорд?
— Его высочество принц Вальдар Бер-… — начал было оказавшийся рядом телохранитель, но, увидев повелительный жест, замолк на полуслове.
— Простите, ваше высочество… — мальчишка попробовал изобразить что-то вроде поклона, и, дернув сломанной рукой, зашипел.
— Ты ничего не путаешь, мальчик?
— Я с Волчьего подворья, ваше высочество… — справившись с приступом боли, отчеканил малец. — Это деревня неподалеку от Запруды. Мой папа — дровосек… Мы возим… возили в крепость дрова… Зимой… там холодно… А деревьев рядом с Запрудой нет… Позавчера вечером я… заснул и телега съехала с дороги…
…Мальчишка говорил тихо, с длинными паузами. Глядя куда-то сквозь принца, графа Вэлш и сгрудившихся вокруг воинов Правой Руки. И от этой его безучастности картина, которую он рисовал, становилась еще страшнее. А будущее, вырисовывающееся за ней — все безысходнее…
— Не понимаю, как, но они своего добились… — дослушав ребенка до конца, угрюмо пробормотал принц. И, с вызовом посмотрев на все еще сидящего на корточках Утерса, с издевкой поинтересовался: — Ну, и о чем, мой дорогой граф, говорит ваше чувство долга СЕЙЧАС?
— Ну, и о чем, мой дорогой граф, ваше чувство долга говорит сейчас? — сделав ударение на последнем слове, поинтересовался у меня принц Вальдар. И, не дождавшись ответа, продолжил в том же духе: — До замка Красной Скалы — сутки с лишним пути… Туда и обратно — почти трое… Иаруса не зря прозвали Молниеносным — его армия будет здесь от силы завтра. И утопит этот город в крови… Так что везти
