В городе и его окрестностях исчезли пять девочек-подростков. Для поимки серийного убийцы была создана специальная группа, одно из подразделений которой возглавил старший инспектор Алан Бэнкс. Взяли маньяка случайно, и при задержании он был убит. Казалось бы, зло наказано, полиция освободила улицы от кошмара, но Бэнкса продолжают мучить сомнения: как могла жена Теренса Пэйна за год брака даже не заподозрить, чем занимается ее муж в подвале их дома?
Авторы: Питер Робинсон
старалась держать нейтралитет при разрыве родителей, и то, что дочь хорошо ладила с Шоном, новым спутником жизни Сандры, Бэнкс воспринимал болезненно, хотя никогда не говорил ей об этом.
— Ты в последнее время общался с мамой? — спросила Трейси, пропустив мимо ушей его критическое замечание.
— Ты же знаешь, что нет.
Трейси, отпив коки, нахмурилась, точно как мать, и, повернув голову, стала смотреть в окно.
— А что? — спросил Бэнкс, насторожившись от внезапной перемены в настроении дочери. — Случилось что-то?
— Я была у них на Пасху.
— Знаю. Мама говорила что-нибудь обо мне? — Бэнкс понимал, что он затянул с разводом. Ему казалось, что она слишком торопится, а он не был расположен спешить, поскольку не видел для этого причины. Сандра хотела выйти замуж за Шона, чтобы узаконить их отношения. Ничего, подождут.
— Да нет, дело не в этом, — ответила Трейси.
— Что тогда?
— Ты действительно ничего не знаешь?
— Если бы знал, не спрашивал бы.
— О черт! — Трейси закусила губу. — Угораздило же меня впутаться в это дело. Почему именно я?
— Потому что ты начала этот разговор. И не злись. Давай, выкладывай, что случилось.
Трейси посмотрела на пустую коробку из-под картошки и вздохнула:
— Ладно. Она просила тебе не говорить, но ты все равно узнаешь. Запомни, ты сам попросил меня рассказать…
— Трейси!
— Ну хорошо, хорошо. Мама беременна. Уже на четвертом месяце. Она носит ребенка Шона.
Когда Бэнкс выходил из палаты Люси Пэйн, Энни Кэббот уже шла по больничному коридору на встречу с доктором Могабе. Ей требовалось проверить и уточнить медицинские подробности, касающиеся травм Терри Пэйна, поскольку показания констебля Тейлор ее не удовлетворили. Пэйн был еще жив, поэтому Энни не могла изучить отчет о вскрытии. Правда, если принять во внимание злодеяния, им совершенные, — а улики доказывали, что именно он и был насильником и убийцей, — то произвести его вскрытие сейчас, когда он был еще жив, казалось Энни не столь уж плохой мыслью.
— Войдите, — раздался из-за двери голос доктора Могабе.
Энни вошла. Кабинет был небольшой, но удобный для работы: шкафы с книгами и печатными материалами по медицине, стеллажи с папками и обязательный компьютер — в данном случае ноутбук — на письменном столе. По стенам развешаны различные медицинские дипломы и грамоты. На столе — фотография в бронзовой рамке. Семейная, решила Энни. Рядом с ней не стоял череп, а из шкафа не выглядывал скелет.
Доктор Могабе был ниже ростом, чем Энни почему-то представила по голосу. Лоснящаяся, фиолетово-черная кожа, густые, курчавые, коротко стриженные седые волосы. Руки маленькие, но пальцы длинные, тонкие — пальцы нейрохирурга, мелькнула мысль у Энни. Когда она представила их погруженными в ткань мозга, ощутила желудочный спазм. Пусть лучше это будут пальцы пианиста, решила она. Так вроде полегче. Или пальцы художника — как у ее отца.
Доктор наклонился, руки лежали на столе.
— Рад вас видеть, инспектор уголовной полиции Кэббот, — произнес он голосом преподавателя фонетики в Оксфорде. — Если полиция не интересуется, приходится самому позаботиться о встрече, чтобы сообщить, что мистер Пэйн был избит самым жесточайшим образом.
— Я вся внимание, — сообщила Энни. — Так что вы можете сказать о своем пациенте? Только, пожалуйста, в терминах, понятных неспециалисту.
Доктор Могабе слегка кивнул.
— Разумеется, — сказал он, словно заранее знал, что изложение самых свежих научных данных, составляющих основу его профессии, таким невежественным копам, как Энни, будет ненужной тратой времени. — Мистер Пэйн поступил в больницу с серьезной травмой головы, приведшей к повреждению головного мозга. Кроме этого, у него обнаружился перелом локтевой кости. К настоящему моменту он перенес две операции. Одна для ликвидации гематомы между оболочками мозга. Это…
— Мне известно, что такое гематома, — перебила доктора Энни.
— Очень хорошо. Целью второй операции было извлечение осколков черепной кости из головного мозга. Если будет угодно, я могу рассказать об этом более подробно.
— Пожалуйста, продолжайте.
Доктор Могабе встал и, заложив руки за спину, начал ходить взад-вперед по ту сторону письменного стола с видом профессора, читающего лекцию. Называя различные части черепа, он показывал их на своей голове.
— Человеческий мозг состоит из самого мозга и мозгового ствола. Сам мозг разделен на два полушария посредством глубокой канавки, расположенной в верхней его части; думаю, что вы наверняка слышали о таких понятиях, как левое и правое полушарие. Вам все понятно?
— Да.
