За кончиком хвоста

А ведь ему с ней всю жизнь прожить предстояло.
На короткое мгновение мне босса даже жалко стало. Император у него с мутировавшими, бешеными тараканами в черепной коробке. Тяжёлая у него жизнь.
Потом вспомнила, что император с тараканами, он и мне император, эта вот своевольная барышня — моя подруга, а босс…тоже не сахар. И ещё неизвестно кому из нас повезло меньше.
— Не знаю. Что-то знакомое, но определить не могу.
— Быть может, не испытывала этих чувств раньше? — задумчиво предположил
босс.
— Я подумывала об этом, но что тогда это за чувства такие загадочные, которых я ещё не испытывала? Они же кажутся мне знакомыми. Значит, есть шанс, что я их испытывала. Может, просто не так?
— К сожалению, на этот вопрос ответить можешь только ты, — Мелор выпрямился, готовясь встретить негодование Рины.
И оно не заставило себя ждать.
— О чем шепчетесь? Имейте в виду, если насчёт свадьбы, то я должна знать все. Это самый важный день в моей жизни. И если что-то пойдёт не так…
— Все будет так, как надо, — заверил её Мелор, приобнимая за плечи. Покосившись на меня, он заметил, — а тебе лучше разобраться с Вэлахом. От того, что он злой ходит, лучше никому не станет.
Глядя на эту сладкую парочку, я тоскливо вздохнула.
Вот как я с Вэлахом разберусь? Это ж невыполнимая миссия.
Не то, чтобы я такие миссии раньше не выполняла, но…хотя нет, такие ещё не выполняла.
Дотащить раненого императора до целителя было куда легче, чем в нем разобраться.
И помочь мне было некому. Вот когда я пожалела, что рядом нет ещё какого-нибудь читающего, который мог бы мне объяснить, что вообще происходит.
После этого непростого разговора я сделалась задумчивая и мрачная. Настолько мрачная, что это умудрилась заметить даже ушедшая с головой в свадебные хлопоты Рина.
Три дня она ничего не замечала, я становилась все задумчивее, Вэлах все раздражительнее, а Мелор начал требовать, чтобы я все сделала как было раньше. До того, как его лучший друг, который ещё и император ко всему прочему, начал вести себя неадекватно и жечь все подряд.
На четвёртый, Рина начала что-то подозревать, на пятый зажала меня в тёмном уголочке и потребовала страшным шепотом:
— Рассказывай.
— Там Милани. Она нас ждёт. Нужно цветы выбирать, — попытка избежать серьезного разговора с грозной дэвалийкой, которая прессовала меня своим выдающимся бюстом, раскатывая по прохладной стеночке, потерпела неудачу.
— Подождет, — зловеще пророкотала она, — я не хочу, чтобы на моей свадьбе что- то пошло не так только потому, что у тебя плохое настроение.
— У меня не плохое…
— Мне лучше знать.
Самоуверенное заявление, но я согласно закивала, надеясь, что после этого мне вернут свободу и уже не нужно будет прижиматься к холодному камню.
— Ты с императором поссорилась, так? — продолжила издевательства эта милая особа.
— Когда я с ним поссорилась?
— Понятия не имею. Но ты ходишь задумчивая, он позавчера стол в пепел превратил, сегодня чуть малый обеденный зал не спалил. И ходят слухи, что вы поссорились. Придворные уже ищут того смельчака, который попытается уговорить тебя помириться с императором.
— А почему сразу я должна мириться?
— Ты не такая страшная.
— Не такая страшная? — я нахмурилась. — Это, вообще-то, оскорбление.
— Ты поняла, что я имела в виду, — меня сильнее вжали в стену.
— И почему они к тебе не обратились за помощью? — стена была прохладной, а Рина горячей как печка и этот контраст мне почему-то нравился.
— Обратились. Но у меня слишком много своих забот из-за свадьбы, чтобы ещё и их проблемами заниматься.
— Ну, ты, кажется, уже занялась, — тактично заметила я, дальновидно не предпринимая попыток сбежать. Если отреагировав на мое шевеление, Рина попытается вжать меня в стену сильнее, то до свадьбы я могу и не дожить. Раздавят меня.
— Выбора нет. Ты можешь испортить мою свадьбу.
— Ничего я не испорчу! И вообще с чего все решили, что это я что-то Вэлаху сделала? Может это кто-то другой?
— Кто например? У нас других самоубийц во дворце не водится.
— Может, они просто хорошо прячутся, — не сдавалась я.
Рина закатила глаза, мотнула головой и вся словно закаменела, глядя влево. Из-за поворота, в этот прохладный полутемный коридор как раз ступил Вэлах.
Вот знала же я, что его лучше не вспоминать без острой необходимости. Он же черт.
— Слушай, нас там Милани ждёт, — напомнила я, все ещё надеясь, что мы успеем сбежать, — и Мелор уже, наверное, тоже.
Рина неохотно отпустила меня, но осталась стоять на месте, не давая возможности уйти.
Впрочем, сбегать не было никакой необходимости.