За кончиком хвоста

с шло немнош веселее.
— Ну да. Благодаря мне сразу вон сколько новых сплетен появилось. Да ваши леди просто боготворить меня должны.
— Они недалеки от этого. Каждая в тайне мечтает увидеть твоего норга.
— Но они же меня боятся!
— Именно поэтому, никто еще так и не осмелился попросить его показать.
— Попадосики, — одно я поняла точно, когда-нибудь они перестанут меня бояться и тогда бродить по коридорам мне станет даже опаснее, чем Инору.
Его только одна влюбленная ледь караулит, а меня будет караулить толпа любопытных, изнывающих от скуки девиц.
И я почему-то была уверена, что такого пункта в моём договоре точно нет.
Не должна я прятаться от дэвалийских женщин, так же как не должна спасаться от норгов, которые, к счастью для меня, в императорские покои забраться не могут. И Вэлаха я тоже греть не должна. Это точно.
И, по всему выходило, что ждёт меня серьёзный разговор с боссом и ощутимое повышение зарплаты. Если она у меня есть. До этого места в договоре я как-то не успела в прошлый раз дойти.
Скосив глаза на шагающую рядом девушку, я с трудом поборола желание, попросить её за меня поговорить с Мелором. После того, как Рина вставила боссу мозг на правильное место, он стал ко мне относиться значительно лучше.
Оптимистично решив, что попросить её всегда успею, я вновь прибавила скорость, пытаясь решить, стоит ли делиться десертом с Риной и какова вероятность того, что она тоже не любит сладкое?
Как показывает практика, полнолуние — это не только сезонная проблема для всех видов оборотней, это ещё и огромная опасность для меня.
Строго говоря, опасность, скорее всего, предназначалась как раз для Вэлаха, а я шла с ней в комплекте в качестве расходного материала. Что было ещё обиднее.
Сначала, ничего не предвещало беды. Вэлах, после утреннего разговора с Инором был задумчив, немногословен, но очень послушен. Не спорил, выпивал все, что я приносила, съедал все, что готовили на кухне (даже десерт, что меня особенно опечалило) и вел себя очень примерно.
И стоило бы мне заподозрить неладное, ведь у меня спокойных дней не бывает. Не предусмотрено для меня спокойствие в этом безумном мире. Уж хоть что-нибудь, да должно приключиться.
Вот оно и приключилось. Ночью, когда полная луна заглянула в императорскую спальню.
Проснулась я от странного ощущения. К тому, что спину мне постоянно морозит холодненькое императорское тельце, я уже привыкла. Не ожидала только, что и грудь у меня заледенеет. От того и проснулась.
Морда на цепочке обжигала холодом и чуть заметно вздрагивала, выбрасывая небольшие облачка чёрного дыма. Этот дым уже стелился по сбившемуся до уровня коленей, одеялу, растекаясь в разные стороны и беззвучно спадая на пол.
— Вэлах?
Холодильничек за спиной завозился, пробормотал что-то неразборчиво и снова затих. А морда стала дрожать интенсивнее. И дымок попер активнее, холодными змейками скользя по груди и лениво просачиваясь сквозь тонкую ткань ночнушки, чтобы влиться в общий чёрный поток и осесть на полу подрагивающей массой.
— Вэлах! Твой амулет совсем оборзел. Сделай что-нибудь!
— Какой ещё мой амулет? — хрипло поинтересовались сзади, ну очень недовольным голосом.
— Который защитный.
— Что? — не до конца проснувшийся еще черт приподнялся на локте и без особого любопытства глянул, что именно так возмущается его неспокойную грелку.
Как только Вэлах разглядел дымок, который во всю оккупировал пол, тут же полез беспредельничать.
— Какого? — холодная рука бесцеремонно пролезла в вырез ночнушки, стремясь что-то там нащупать и попутно отмораживая мне все выдающиеся части тела. — Убери сейчас же от меня свои грабли!
Вдарить больно по наглой императорской лапище я не успела. Чёрт нащупал таки амулет и быстро вытащил его.
— Откуда это у тебя? — дымок сочился у него между пальцев. Вопрос был задан хриплым, напряженным полушепотом и возмущение мое как-то очень быстро завяло, так и не вылившись в полномасштабное выяснение отношений.
— Так ты же сам мне его в спальне на столик положил, — неуверенно напомнила я, с запозданием сообразила, что вряд ли он стал бы так удивляться своему собственному творению, и, холодея, тихо спросила, — не ты, да?
— Сними его немедленно! — меня вздернули вверх, заставив сесть. Стянуть цепочку через голову почему-то не получилось. И без того не очень длинная, казалось, она стала короче на десяток звеньев.
— Она не снимается.
— Дай сюда! — Вэлах снова сжал амулет в кулаке и дернул. Цепочка больно впилась в шею: но не порвалась.
Вэлах выругался и дернул ещё раз. Дымок прекратил растекаться по полу. Он начал медленно собираться в