За кончиком хвоста

понять моей радости.
— Может я человек-паук. Может это моё призвание, по стенам лазать, — миролюбиво предположила я и повисла на Вэлахе. Ноги совсем не держали.
— С каждым днём я все больше склоняюсь к мнению, что твоё призвание заключается в том, чтобы трепать мне нервы, — проворчал он, но отцепить меня не попытался и даже до кресла дотащил.
Впервые в жизни я сидела на месте самого настоящего императора.
Сам хозяин кресла навис сверху:
— Зачем ты это сделала?
— А потому что не надо было от меня за стражниками прятаться. И вообще, где они шлялись, когда были нужны? Почему появляются только когда не надо? Ты им за это жалование платишь?
— Варя, — Вэлах присел на край стола, потеснив тоненькую папочку, — это не стража во дворце плохо работает. Это ты настолько невезучая, что все неприятности, что с тобой случаются, происходят когда они находятся совсем в другом месте.
— Зато сейчас они как раз там, где надо.
— Представь себе, — подтвердил чёрт, не уловив иронии в моих словах, — но, вижу, даже они не могут спасти меня от тебя.
— А от меня вообще спасения нет, — чистосердечное признание моё вызвало странный эффект.
Вэлах хмыкнул и скорбно подтвердил:
— Я это уже понял.
— То есть, спорить ты не будешь?
Вопрос проигнорировали.
— Давай, ты сейчас расскажешь что тебе от меня понадобилось, раз ты решила жизнью рискнуть.
— И ничего я не рисковала. Там внизу кустики были.
Вэлах выразительно выгнул бровь.
— Ладно, так уж и быть, давай перейдем к главному, — величественно согласилась я, — ты не можешь отправить Мелора в качестве посла!
— Не могу? — Вэлах выглядел ошеломленным. Кажется, раньше ему ещё такого никто не запрещал. Сомнительно, что ему раньше вообще что-то запрещали.
— Совершенно точно не можешь. У него тут романтическое признание намечается, со всеми вытекающими и ты не имеешь права все портить.
— Признание? — император недогонял.
— Признание, свадьба, детишки. Потом внуки и счастливая старость в долгосрочной перспективе.
На это моё заявление никакого отклика не последовало. Вэлах ждал продолжения.
— Мелор собирается Рине предложение делать. На следующей неделе.
Вэлах все ещё молчал.
— В тёмный день. Он уже даже браслет купил, — больше сказать мне было нечего.
— И кого ты предлагаешь мне вместо него отправить? Самому ехать, быть может?
Я невольно расплылась в довольно улыбке:
— Ингрима, этого вечно недовольного типа!
Вэлах задумался. О чем он думал, я не имела ни малейшего понятия, но очень боялась, что откажет.
— В конце концов, я сильно сомневаюсь, что у него есть какие-то планы на тёмный день. А у Мелора есть. — император не обратил на мое заявление никакого внимания. У меня остался последний аргумент. — Ты не можешь лишить своего друга возможности испортить себе жизнь свадьбой! — и добавила жалобно. — Ну, пожааалуйста.
Вэлах неохотно сдался:
— Если ты так хочешь, — вытащив чистый лист, он быстро на нем что-то написал, сложил вдвое и протянул мне, — передашь это Ингриму.
— Я?! — листок взяла рефлекторно и только после этого сообразила возмутиться.
— Именно ты, — подтвердил он, за руку вытаскивая меня из своего кресла, и потащил к дверям.
— А может ты пошлешь кого-нибудь более стрессоустойчивого? Мне после общения с этим подкисшим субъектом всегда плохо становится, — я канючила и упиралась, с тоской глядя на неумолимо приближающиеся двери.
— Я уверен, ты справишься, — с этими словами он открыл дверь и выставил меня в коридор, под шокированные взгляды стражников. После чего шокировал их ещё больше, — её пропускать в любое время.
И захлопнул дверь.
У сероглазенького глаза увеличились вдвое.
— Как вы туда попали? — первым в себя пришёл тот, что стоял справа.
— Ну я же говорила, что мне очень надо, — помахала зажатой в руках запиской, — а когда очень надо, то преград для меня не существует.
Стражников я покидала в отличном настроении. Нас ждали новые сплетни.
Квест «Разыскать Ингрима» оказался очень трудным. По сравнению с ним мои акробатические трюки на стене — детские игры.
Ингрим оказался неуловим. Он всегда был где-то рядом. Его только что видели. Он всего минуту назад проходил вон туда…
Наткнулась на неуловимого черта я совершенно случайно и уже ни на что не надеясь. Он как раз величественно выплыл из архива, держа подмышкой сразу три папки.
И рожа у него была ну очень кислая, а когда он меня увидел, то совсем скривился.
Ну, а мне что? Мне всего-то и нужно записочку передать и посмотреть как его всего перекорежит, когда он узнает, кто все же отправляется с дипломатической миссией