Что, если попаданец «не бог, не царь, и не герой», а самый обычный человек далеко не юного возраста? Насильно вырванный из привычного образа жизни, обрадуется ли он свалившимся на его голову переменам? Поплывёт ли по реке жизни среди водоворотов бурного потока, или начнёт выгребать к уютному островку продавленного дивана? В тексте много ограничений: есть волшебство, но нет Магических Академий, есть прекрасные эльфийки, но с романтикой туго. Осёл не грызёт бобра, герой не пытается завоевать всех и вся, даже его «прокачки», и той нет! Зато есть непрерывный калейдоскоп приключений, когда герой выбирается из одной заварухи только для того, чтобы тут же угодить в следующую!
Авторы: Игорь Митрофанов
девицы от шейки тянется. Значит, вампир её уже куснул и, освободи я красотку, то получу вместо благодарности клыки в собственную шею от новообращенной твари. А оно мне надо?! Да ни разу! Я лучше со стороны поглазею, чем у них дело кончится.
А дело подзатянулось. Вампир поставил свою жертву по стойке смирно и принялся что-то рисовать в пыли, до жути похожее на пентаграмму. Прогулялся к дракону, вытащил из седельной сумки свёрток и вернулся к замершей девице. Всё происходящее мне очень напомнило сцены из кинофильмов, показывающие колдовские ритуалы. Те же свечи, посыпаемые различными порошками, от чего пламя меняло цвет, такие же плавные жесты чародея, вот только заклинаний я не слышал, и в бубен шаманский никто не стучал. Всё происходило тихо, беззвучно, но оттого ещё более страшно. Под конец ритуала, одновременно с угасанием свечей, девушка закачалась и осела ничком в середину пентаграммы. Я уж думал, всё кончилось, но нет, вампир подхватил тело девчонки на руки, поднял его над головой и с силой насадил на торчащий штырь, оставшийся от поваленной ограды. Признаюсь, я вскипел. Ну, убил он девчушку, ну, принёс её в жертву, но глумиться-то зачем?
Но я зря негодовал: кровосос знал, что делал. Насаженная на штырь тварь — а дева к тому моменту уже успела обратиться — шипела, извивалась, царапала ржавое железо отросшими на глазах когтями, изо всех сил стараясь освободиться от пронзившего её штыря. Блин, жуткое зрелище, не для слабонервных. Пока я на него пялился, стало светать. Почуяв приближение рассвета, вампир засуетился. Он окропил тело жертвы из маленького флакончика, не обращая никакого внимания на протянутые к нему жадные руки со скрюченными пальцами, и принялся шептать заклинания. Я не слышал ни слов, ни голоса, только видел, как шевелятся измазанные в крови губы, да как сопровождают каждое произнесенное слово резкие жесты. Казалось, вампир дирижирует невидимым оркестром, задавая всё ускоряющийся ритм четким взмахами рук, пока в конце не вздёрнул их к небу, ставя предпоследнюю точку в ритуале. А последней была молния, сорвавшаяся с кончиков его пальцев, и ударившая в грудь новоявленной вампирши. Тело на штыре дёрнулось и обмякло.
Вампир совершенно будничным движением запахнул плащ, подпоясался, накинул на голову глубокий капюшон, а потом замер, словно почетный караул. Так он стоял, пока первый солнечный луч не коснулся насаженной на железо жертвы. И после, когда её тело охватило пламя, он тоже стоял без малейшего движения. Лишь когда опал на землю прах сгоревшей упырихи, кровосос пошевелился, подошел к кучке пепла, поворошил его и выудил оттуда ослепительно блеснувшую горошину, которую с превеликим тщанием опустил в кожаный мешочек. Руками в чёрных перчатках (и когда успел надеть?), вампир завязал тесёмку, бережно спрятал мешочек в карман и направился к всё так же неподвижно стоящему дракону.
У меня перед глазами соткалась картина, как в улетающего дракона ударяет огнешар, отчего тот падает и сворачивает себе шею. Я обернулся и встретился взором со смотрящей на меня в упор драконой. Последовал быстрый мысленный диалог: «Зачем убивать?» «Смерть лучше, рабство хуже» «Снять ошейник?» «Для него слишком поздно. Смерть лучше». Мне оставалось только согласиться.
Дракон с белыми, словно седыми, чешуйками на морде взмахнул крыльями и поднял в небо своего зловещего седока. Я подождал, пока он наберёт высоту, и шарахнул вдогонку из жезла. Всё получилось точно как в той картине, что давеча посылала мне Вжика — кружась словно осенний лист, дракон упал и свернул себе шею, а вампира я успел угостить в воздухе вторым, специально для него предназначенным огнешаром. Потом контрольный выстрел в лоб, быстрый осмотр ещё дымящегося тела, сбор трофейных амулетов, плюс к ним из обугленного кармана кожаный мешочек с блескучей горошиной, и можно собираться в путь.
Ага, собрались, аж два раза! За время нашего ночного бдения маг успел разобраться, почему не сработал амулет, сбивающий с толку стражей завесы. Как оказалось, прикорнувшая на суме мага Вжика его попросту раздавила в лепёху. Был амулет, а стала кучка щепочек, и хвала звёздам, что он изначально создавался без накопителя, а то бы так рвануло! И воспарила бы наша дракона над скалами аки батон колбасы, и шлепнулась бы вниз так же смачно, прихлопнув нас своим немалым весом.
Вот такие пироги с котятами. А соваться в межмировой переход без амулета — слуга покорный. Я уж лучше тут как-нибудь перекантуюсь, пусть здесь несколько неуютно, зато не так смертельно, по крайней мере. Спросил у деда, сколько ему времени понадобится для создания нового взамен испорченного, но ответ меня никоим боком не порадовал. По словам эльфа, для этого процесса требовалась
