Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
– Не смогу, — покачала головой я. — Кактусы у меня имеются исключительно для друзей, да и то в моменты аффекта. Так что придется лианами обойтись.
Монарх с любопытством смотрел, как растения ползут по преступнику, связывая его почище веревок. Вскоре преступник скрылся под толстым слоем дерева. Задохнется — не жалко!
– Э-э-э — проявила я красноречие. — Ваше ве…
– Оставь, Лиса, — устало отмахнулся Берендей. — Это я при народе царь. А сейчас я на отдыхе. Обращайся ко мне, как раньше.
– Ну, хорошо, — неуверенно протянула я. — Если получится…
– А ты постарайся, — подмигнул мне власть имущий. Выбрался из-за стола, прошелся мимо нас, притихших. Потом обратно. Видимо, думал о чем-то о своем, монаршем.
Мы ему не мешали. Я отправилась посмотреть друида, металлист — за мной. Состояние товарища стабилизировалось — ни туда, ни сюда. То ли он был в коме, то ли просто без сознания. Не врач я, чтобы в болячках разбираться.
На магическом уровне друид выглядел и того хуже — весь в какой-то липкой паутине. Я попробовала было ее тронуть, так та не далась, словно была из титана сплетена. Металлист ее трогать не стал — «мужик я, рисковать не буду». Я осмотрела друида еще раз, уже безо всякой магии. Воспаление от колючек зажило, и то хорошо. И, вернувшись на лавку, пригорюнилась. Запал боя прошел, на меня начало наваливаться чувство вины: если бы не мое ротозейство…
– Друзья мои, — остановился посреди избы монарх Берендея. — Вы закончили с осмотром?
– Да, в общем-то, — вздохнула я — Вы что-то хотели?
– Давайте, что ли, поговорим начистоту, — предложил монарх. — Начнем, пожалуй, с меня, — предложил он, видя наши сомнения.
Мы сидели молча, как завороженные глядя на сложную гамму чувств, отразившуюся на царском лице. Хозяин избушки и земель вокруг нее продолжил:
– …А там уж посмотрим, сможете ли вы мне доверять настолько, чтобы стать откровенными… с особой царских кровей, — горько добавил он. — Принуждать же я вас не хочу.
Так мы все снова оказались за одним столом. Но теперь уже напротив нас сидел не какой-то там интеллигент, но монарх. Так уж вышло, что оказались мы по разные стороны стола. Видать, дистанцировались чисто подсознательно, как и бывает всегда, когда откровенный разговор начинается принудительным образом.
– Вы, наверное, захотите узнать, почему я вас на ночлег пустил? — начал беседу монарх.
– Да, хотелось бы. И… где в это время была ваша охрана?
– Все время, пока мы вчера разговор вели, вас держали на мушке, — доверительно поведал нам монарх. — Меня лишь удивило то, что вас не завернули раньше. И, поскольку вы до избушки добрались, опасения мне не внушили, то я решил, что вам можно остаться…
Что же… Спасибо за откровенность, как говорится. А мы чего хотели?
Но…
– Это же опасно! — с удивлением воззрилась я на царя. — Нельзя монархам пускать в дом первых встречных.
– Я тоже немного разбираюсь в людях, — усмехнулся монарх. — И, кроме того, я увешан охранными амулетами, как елка новогодняя игрушками.
– Но вас же усыпили, — возразил ему металлист.
– На каждого зверя найдется свой охотник, — философски пожал плечами Берендей. — Но, признаюсь, для меня это покушение — тоже из ряда вон выходящее событие.
По словам монарха, в его стране до сих пор все было тихо, мирно и цивилизованно. Все мало-мальски значимые указы согласовывалось с многочисленными советниками и министрами. Налоги на дороги, всякую торговлю и земельные наделы он снизил, но самую малость, достаточную для любви народа, но недостаточную для роптания чиновников. И поэтому сейчас Берендей пребывал в недоумении относительно случившегося.
В конце своего выступления он ответил на волновавший меня вопрос — нет, не брал с собой переговорник, хотел отдохнуть, как следует.
Отдохнул…
– Кстати, — сказал монарх, глядя на меня, недоумевающую. — Разговор легко подслушать. На вашем месте я бы переговорником не пользовался. Или только в самых крайних случаях.
Мы с товарищем переглянулись. Наверное, в наших головах крутилась одна и та же мысль — часто ли мы пользовались местным устройством связи? Не очень, вроде как…
Берендей наблюдал за нами с интересом.
– А еще, друзья, я вам помогу с лечением вашего товарища, — кивнул он на Антона. — Я у вас и у него в долгу.
Мы не стали отказываться от монаршей помощи — ведь к его услугам были лучшие придворные маги, мистики и просто лекари.
А вот потом началась не самая приятная часть разговора.
– Вы уж простите меня, друзья мои, — сказал он сибирский монарх. — Но на моих подданных вы не тянете. Говор у вас не местный, да и не подпадаете вы ни под одну категорию населения.
– Ясно…
