Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
о том, что времени у нас не очень много. Да и дотошный металлист отнюдь не возражал против немедленного старта — наверняка, опасался, что в городе может вспыхнуть гражданская война. Но пока все было тихо — основные военные силы, сосредоточенные в стольном граде, уже перебрались в крепость, оставшиеся тихо патрулировали основные тракты. По улицам шаталась лишь революционно настроенная молодежь, но вела себя вполне пристойно. В том смысле, что не учиняла погромов. Люди постарше выжидали. А старики и вовсе чесали языками на лавочках. Как обычно.
Солнце еще не успело подняться в зенит, когда мы взяли курс на Запад. И, хотя на душе у меня и скребли кошки, по мере удаления от Новосибирска настроение становилось все лучше и лучше. А потом и вовсе пришла уверенность в том, что все будет хорошо.
Хорошо-то хорошо, а вот когда мы подлетали к границе царства Берендеева с владениями Катерины, увидели полчища. Слава богам, сметные. Знамена были самые что ни на есть сибирские — успели мы на этого когтистого тигра насмотреться в осажденной крепости.
– Смотри, — толкнул меня в бок металлист.
Я и так смотрела — мало что с коврика не вались. На то, как ряд за рядом извергались солдаты и повозки из телепорта: скрипели колеса, подминая белые головки одуванчиков. Хлестали лошадиные хвосты, отгоняя назойливых мух и слепней. Тащили телеги, груженые хладным оружием. Пока еще хладным. Но сожмет боец древко копья, пойдет колоть им направо-налево, и прогреется оно до температуры человеческого тела, и станет очень скользким древко его. Скользким от крови.
Передвигая ноги, перешучивались солдаты. Начнется битва, и покатятся по земле головушки, устелют травку оторванные руки-ноги, а сама она окрасится в алый цвет.
В огромной повозке ехали маги. Я насчитала пять кудесников разного магического уровня — от ремесленника по амулетам до волхва. С Терентием, конечно, ему было не сравниться по мощи, но, судя по ауре, все приграничное поле он мог держать под своим контролем.
– Это что за нафиг? — подобрал челюсть металлист. — Кого еще черти принесли?
– Может, это провокация? — почесала я маковку. — Мол, Берендей напал?
– А смысл?
– Глубокий, как всегда.
– Ладно, будем надеяться, что нас все же примут.
Конечно, нас приняли. Слизнули прямо с неба, как хамелеон языком, мы и чирикнуть не успели. Доставили в целости и сохранности пред зеленые Хозяйкины очи.
Знатное все же ПВО у Владычицы Уральской!
– Ждали вас, герои, ждали, — молвила Катерина. — Ну же, слезайте с коврика, почто ведете себя, как будто мы не знакомы?
Ох, наверное, и глупо же мы со стороны выглядели. Лично я только после слов Хозяйки челюсть подобрала. Подозреваю, что у металлиста вид был не намного умнее моего.
Соскочив с летуна, я поздоровалась вежливо, металлист коротко поклонился.
– Что же, формальности окончены, — усмехнулась Катерина. — Как ваш товарищ? Впрочем, я и сама вижу, как… Не горюй, Лиса. Все будет хорошо. Сейчас здесь появятся… Кстати они уже тут.
Я обернулась на звук открываемой двери. В зал ворвалась белая, как мел, Жозефина, за ней поспешал старший друид с посохом в обнимку. Господи, как же я давно их не видела! Почитай, уже целую вечность. Заповедные наши друзья синхронно поклонились Хозяйке, потом ведьмочка распрямилась, и бросилась к ковру (летун сам двинулся навстречу), с которого ящерки так и не успели отвязать друида. И ну реветь белугой, был бы Антон покойником, с того света бы прослезился!
Илья без лишних слов направился в сторону ежки.
– А без нее никак нельзя было? — потихоньку спросила я у деда Макса, глядя на то, как металлист успокаивает сестрицу.
– Можно, наверное, — пожал плечами старый друид. Посох воспользовался моментом, вывернулся из охапки деда, обвился вокруг мантии. — Но мне Иваныч приказал ее известить, успокоить, и привести.
– А сам-то он где?
– Сказал, что дела не пускают, — вздохнул дед, отцепляя от себя посох. — А жаль, справился бы со всем этим, — он выразительно кивнул на Жозефину, — куда лучше меня, пенька старого.
– Ну, не такой уж вы и старый, — попыталась отвлечь я наставника от грустных дум. — Пару столетий еще проскрипите, как минимум.
Реакция старшего друида вышла не совсем такой, как я ожидала: я думала, что друид возмутится насчет «пня», но тот лишь обнял меня цепкими руками так, что косточки затрещали.
– Возвращайся! — сказал. — А то мы уж там совсем без вас одичали!
– Что такое? — насторожилась я.
– Да, охранники эти железные по всей территории расхаживают, как у себя дома.
– Те, что появились еще зимой?
– Такие же. Новые. Много. Новосибирская
