Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
Ну, все!
– Ах ты,…
Я замялась, не в силах подобрать подходящего эпитета.
– Бездна взаимопонимания, — прокомментировали откуда-то сбоку. — По идиотизму разговор тянет на диалог героев латиноамериканской мыльной оперы.
Что же, метко подмечено, ничего не скажешь. И, если честно, я была безмерно благодарна этому своевременному комментарию — уж больно мне цапаться с металлистом надоело.
– Илья, а ты не представишь мне свою даму? — продолжал тем временем предок, внимательно глядя на меня. — Как зовут это очаровательное создание?
– Лиса, — не стала дожидаться польщенная я, пока металлист перестанет сверлить предка недовольным взглядом. — С ударением на первом слоге.
– А меня — Олег Евгеньевич, — назвался родитель. — Вот и познакомились. Кстати, спасибо вам, ребята, за своевременное вмешательство. И… Сын мой, ты мне ничего рассказать не хочешь?
– Может, переберемся куда-нибудь в более гостеприимное место? — вспомнив, в каком положении еще совсем недавно находился немолодой уж Илюхин предок, предложила я.
– И куда мы направимся? — осведомился металлист. — Далековато наш транспорт окажется от места десантирования.
– Тогда в Заповедник, — вздохнула я. — Держитесь крепче, ребята. Готовы?
И пусть меня обзовут «детским садом» второй раз за неполные сутки.
В домике у начальства, несмотря на глубокую ночь (все-таки разницу во времени с Китаем еще никто не отменял) горел свет. Я остановилась.
– Спать или кушать? — спросила я у своих спутников.
– Все же, кушать, — после секундного замешательства ответил Олег Евгеньевич. — Да и от любопытства я теперь не смогу заснуть.
«Что же, раньше сядешь — раньше выйдешь», — философски подумала я, стучась в окно начальства.
– Входи, несносная девчонка!
Господи боже, спаси и сохрани!
– Извините, что помешала, Борис Иванович, — начала я прямо с порога, — но у меня возникли… Ой, у вас гости, я пойду, пожалуй…
– Знакомься, — с еле заметной ноткой особо утонченной издевки сказал волхв. — Наше московское начальство, Мыкола Ромуальдович. А ночную гостью нашу все Лисой кличут.
Я замерла. За столом сидела очередная ожившая копия портрета старины Ромуальда. На этот раз — на редкость глупый вариант. Поди, в голове этого дяденьки была всего одна извилина. И та поперек. Но, в отличие от своего злобного братца, этот клон был магом. Некромантом.
«Вот ведь, судьба ехидная, как над бедным Ромуальдом подшутила», — думала я, смотря в пустые глаза гостя. — «Их бы с братцем местами поменять, такой злодей бы получился концентрированный, что любо дорого посмотреть! Издалека».
А больше ничего я подумать не успела, потому что меня бесцеремонно подняли в воздух, и отставили в сторону. В комнату вошел металлист, следом за ним его отец. Волхв мрачно оглядел нашу делегацию, затем посмотрел на меня с упреком: мол, ничего умнее, чем вламываться с гостями посередь ночи, придумать не могла? Я приготовилась к худшему. Начальство еще пару секунд сверлило меня мрачным взглядом, но потом махнуло рукой — чего же еще от меня ожидать-то? А еще мгновение спустя его потемневшие было до цвета грозовой тучи глаза окрасились веселенькой лазурью:
– Покорнейше прошу простить меня, уважаемый Мыкола Ромуальдович, — с гипертрофированной вежливостью обратился волхв к тупому некроманту. — Дела неотложные, сами видите. Ребята из командировки вернулись. Кушать хотят, бедненькие. Позвольте проводить вас?
Тот важно кивнул — точно бюрократ какой чванливый.
Начальство, крикнув Гоше, чтобы накормил гостей, скрылось с гостем в портале. Перед нами возник из неоткуда заспанный домовой.
Сбоку от меня тихо осел на пол престарелый папа металлиста.
Проигнорировав укоризненный взгляд отцелюбивого товарища, я нагло уселась в любимое кресло у камина. Завозилась, устраиваясь поудобнее. Гоша понимающе присвистнул, исчез, потом снова появился, на этот раз с совковой раскладушкой. Компаньон одарил меня еще одним неласковым взглядом. Я не отреагировала. Илья отвернулся от меня, уставился на принесенный агрегат. Тот заскрипел, разложился, щелкнул регулятором наклона подголовника. Хорошо быть металлистом — помнится, в детстве я не раз прищемляла пальчики при установке этого, так сказать, ложа, когда приходилось ночевать у бабушки…
– Мне почему-то кажется, — сказала я, глядя, как металлист переносит отца на раскладушку, — что нам не стоит раскрывать Олегу Евгеньевичу правду. Скоро придет начальство, взглянет на него пристально, и…
– Какая милая девочка, — подал голос папенька компаньона. — Решила позаботиться о старом
