Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
Заповедника бьется с внутренним врагом. — «Кто снабжал Всеволода Ромуальдовича диковинными амулетами, способными насылать тяжелейшие формы депрессии на все живое? Почему он, не маг, мог ими пользоваться? Может, у него все же был какой-то захудалый магический ген в организме?»
Вопросы, найдя самое неподходящее время, сыпались на меня, как из рога изобилия: «Действительно ли хотели убить гениального амулетчика Ярослава, или только пытались заставить на себя работать?»
«А вдруг там не один такой Ярослав талантливый, а есть еще какой-нибудь Мирослав, и он клепает амулеты, вызывающие сильнейшую депрессию не только у людей, но и сосновых многоножек?»
«Кто стоит за всем этим?!!»
От тяжкого умственного труда меня отвлек резкий окрик деда Макса: «Берегись! Сзади!»
Вовремя. Я успела вступить в переговоры с металлом, в избытке присутствующем в напавшем на меня страже. Несговорчивый первоэлемент привычно взбунтовался против моей женской логики, и противник плавно осел на зелененькую травку.
Та легкость, с которой я расправилась с силами местного правопорядка снова подтолкнула меня к той мысли, что это не настоящий противник, а призванный лишь отвлечь наше внимание от главного врага. Надо было срочно что-то предпринять. С кем бы посоветоваться?
– Я к начальству! — бросила я старому друиду.
– Подожди, я с тобой, — подхватил дед Макс полы одеяния. — Тут и без нас есть кому сражаться!
И то правда. Нас накрыла громадная тень, пригнуло к земле мощнейшим потоком воздуха, исходящим от перепончатых крыльев исполина — дракон с непроизносимым именем, собственной персоной, летел на бой за очистку Заповедника от зловредных кибернетических организмов.
В домике начальства самого начальства не наблюдалось. Зато обнаружился трясшийся, подобно осиновому листу, домовой.
– Где волхв? — спросила я у него.
Тот молча указал на шкаф, за которым был вход на изнанку.
– Открыва!
– Не могу, — взвыл тот. — Мне приказано никого не выпускать.
– Кем приказано? Борисом Ивановичем?
– Ннннеееееттт.
– Тогда открывай, чего ты ждешь-то?
Домовой в ответ снова затряс головой, не трогаясь, впрочем, с места.
– Открывай, — раздался знакомый голос от дверей комнаты.
К нам присоединился металлист.
– Где Антон? — спросил старый друид.
– Жозефину охраняет, — ответил Илья. — Лиса, пусти, я сейчас сам открыть попробую.
Не тут-то было! Видимо, ход был подвластен только волхву, если уж даже у такого технического гения, как металлист, ничего не вышло. Или его домовому. У меня упало настроение:
– Пока мы будем сидеть тут взаперти, там произойдет поистине что-нибудь ужасное, и твоего хозяина, — бросила я презрительный взгляд на Гошу, — убьет какая-нибудь некромантская шваль. Или несколько. А тебя заберет самый злобный из них, — придала я своему голосу максимальную зловещесть, — и выпьет из тебя все соки. Медленно.
Честно говоря, я так сказала уже от отчаяния — раз Гоша не открыл во имя любимого хозяина, то никакие угрозы не могли уже помочь. Но, каково же было мое удивление, когда я поняла, что домовой не выдержал. Всхлипнул, заревел в голос, и открыл нам ход на изнанку.
На лугу, раскинувшемся по ту сторону двери, было, как ни странно, тихо, и на вид вполне себе мирно. Признаться, я готовилась узреть там многочисленные войска неприятеля, осаждающие двух волхвов, Иваныча и Макарыча. Ан нет. Точнее, двух волхвов я и увидела, и одним из них был Борис Иванович собственной персоной. Вторым был Велимир. Волхв-некромант, председатель комиссии по «попрыгунчикам».
Вокруг них на почтительном расстоянии полукругом стояли знакомые мне лица: Глеб Макарович, спасенный им Данила, Терентий, Владимир, Ярослав, некромант, встреченный нами во дворе Ярослава, и еще много всякого народу. Некоторых, как мне показалось, я узнала в лицо, но имена их, конечно, покинули мою голову сразу же после того, как в нее попали.
– Что тут происходит? — шепотом спросила я старого друида.
– Не знаю, — так же тихо ответил тот. — Наверное, это какой-то древний обычай языческого мира. Давайте подойдем поближе и послушаем.
Мы приблизились. Я уже было собиралась поприветствовать Велимира, как старого знакомого (он был ближе к нам, чем те, что стояли полукругом), но взглянула в лицо некроманта, и осеклась на полуслове. Оно было Торжествующим. С огромной буквы «Т». Я, привыкшая думать о Велимире, как о друге, мягко говоря, растерялась. А тот стоял, театрально-обличительным жестом указывая в сторону Бориса Ивановича левой рукой. Правой он потрясал каким-то пухлым фолиантом. Высоко
