Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
мое ехидное (прежде!) начальство попросило старшего друида заменить его на посту Начальника Заповедника. А потом, не обращая ни малейшего внимания на бурную отрицательную реакцию со стороны деда Макса, объяснило нам, что когда-то, давным-давно, когда еще не было никакого судейства, и люди мстили друг другу по принципу «око за око, зуб за зуб», собрались восемь великих волхвов, и создали «Книгу Правосудия». Тогда это был поистине огромный шаг вперед — по сравнению с отсутствием прежде какой бы то ни было системы.
В книгу вошли основные законы, перечень преступлений и наказаний за оные, сроки действия наказаний, послабления, и многое-многое другое. Хитрая книга магическим образом пропечатывала имена преступников, и с ее помощью человек, облеченный властью, мог легко и просто творить справедливый суд — самые могучие волхвы, подпадая под статью, становились беспомощными, как новорожденный младенец. Единственное, что у них оставалось — природное достоинство, с которым они имели право понести заслуженную кару. Потому что древние считали, что не так важно, как человек прожил жизнь, но гораздо важнее то, как он умер. Такое вот милосердие.
На протяжении всего времени с момента создания книги, за ней охотились, хотели ее сжечь, прибрать к рукам, изменить. Но все это было без толку — книга как будто жила своей отдельной жизнью, попадала в нужное время в нужные (с точки зрения ее сохранности) руки. Такая вот история.
– Так он же никакой не судья? Он же обычный некромант!
– Он возглавлял комиссию по делам незаконного переселения душ некромантов, — тихо возразил волхв Терентий. — К сожалению, он имеет право судить.
Вот кого я терпеть не могу, так это людей, ведущих себя, подобно овцам на заклании! Будь они хоть трижды волхвы! Путь даже верховные! Терентий спокойно и грустно выдержал мой взгляд. Я, взъерошенная, отражалась в его сумрачных очах. Как же тебя там, это излюбленное слово американского кинематографа? Ну же, память несговорчивая, ну же… О!
– Я протестую!! — Что есть мочи заорала я, разыскивая взглядом новоявленного судью. — У меня есть доказательства непричастности волхва Борилия к убийству Всеволода. Это не он. Он не знал о том, что мы…
– Отправились громить новосибирское отделение? — ядовито осведомился Велимир.
Некромант потряс фолиантом над головой, и вся толпа замолкла, как по мановению волшебной палочки.
– Уважаемые земляне! — повел речь обличенный властью «правосудия» Велимир. — Как вы знаете, мы собрались сегодня здесь, на древней поляне Справедливого Судейства…
Кругом были лица — гневные, покорные, торжествующие… И все они смотрели на мое начальства как на дело прошлое. И лишь трое из всего собрания — металлист, старый друид, да я — отказывались верить в происходящее. Возможно, просто ожидали чуда.
– … милосердие наше безгранично, и мы позволим сотрудникам волхва Борилия защитить честь, а возможно, и жизнь своего начальника. Кто из вас — обратился к нам Велимир, выступит на стороне осужденного?
Не сговариваясь, мы все втроем разом шагнули вперед.
– Потрясающее единодушие, — недобро улыбнулся волхв. — Но, поскольку именно за мной остается право выбора в случае наличия более одного защитника, то я выбираю… — он выдержал театральную паузу, всем своим видом демонстрируя великодушие, — ее!
– Я протестую! — выступил еще на шаг вперед металлист.
– Протест отклонен, — будничным голосом возразил обвинитель. — Ты и так будешь наказан. Она умрет, твой новый начальник — тоже. И тебе, предателю, некуда будет пода…
– Довольно! — выступил вперед Борис Иванович. — Кончай ломать комедию, Велимир!
– Слушаюсь. Убийца! — с ненавистью посмотрел на волхва некромант.
Велимир воздел фолиант над головой, и всех Заповедных как ветром сдуло в ряды зрителей. Зато меня вытолкнуло на середину.
«Лучше бы я стала мышью», — малодушно подумала я.
А больше я не успела подумать ничего, но рефлексы сработали, и я установила антинекромантскую защиту. А в следующий момент поняла, что она мне, увы, не поможет.
На меня обрушилась сила совсем иного характера. Сила вины за проступки, которые я когда-либо совершала в своей жизни. Она буквально сбила меня с ног — позже ребята рассказывали, что я упала на землю, и они подумали, что это все, конец. У меня как будто сдернуло предохранитель с длинной памяти, и она начала показывать мне картины моего бытия чуть ли не самого рождения.
Я сгорала со стыда.
Вот я, снова бужу воплями родителей. Мать, недавно, сомкнувшая глаза, просыпается: «Боже! Опять!!!» тяжело подымается с кровати. Я виновата.
Вот у открытого окна, расположенного
