Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
звуковой диапазон. — Здравствуйте…
– Илана, — певуче произнесла денебка. — Так меня называют на планете 14856747. Хотя некоторые, — пристально уставилась сияющая (в прямом смысле) женщина на мое начальство, потом перевела взгляд на верховного волхва, — предпочитают меня называть «Лилипутом».
– Ты?! — недоверчиво уставилось мое начальство на очаровательную денебку. — Вечно растрепанная разведчица метрового роста? А что у тебя с голосом? Помнится, ты изъяснялась исключительно басом…
Штирлиц, стоящий по стойке «смирно», запылал множеством искр в сторону ошалевшего Бориса Ивановича. У Терентия отвисла челюсть, металлист отложил наладонник.
– Все меняется, друзья мои, это действительно я, и очень рада вас всех видеть, — пропела Илана, лучезарно улыбаясь волхвам. — Зато теперь я могу отказаться от еврейских мотивов, а то они мне порядком надоели.
– Еврейских мотивов? — озадачился Борис Иванович.
– Я дала зарок, что буду говорить с еврейским акцентом (так вот откуда Хаванагила, и все эти «таки» в ее речи!) в память о нашем совместном приключении. До тех пор, пока не увижу снова моих друзей.
– Так что же мы до сих пор трезвые? — прогудел Терентий. — За это определенно надо выпить! Миша!
На пустой площадке материализовался стол, стулья (в том числе и огнеупорные, для денебцев), бутыль мутного самогона, в которой плавал красный перчик, шмат сала, и буханка грубого хлеба. Я глотнула горилки со всеми за компанию, зашлась в жутком кашле, передо мной не замедлила появиться кружка воды.
Застолье продолжалось до самого вечера. Продолжать банкет пришлось уже в помещении, потому что всех, заглянувших к верховному волхву на огонек, и присоединившихся к нашему нетрезвому обществу, маленькая площадка вместить была не в силах. Боевые друзья снова ударились в воспоминания о давнишних приключениях, полковник Штирлиц направлял все искры в сторону живой легенды (как выяснилось) внешней разведки своей родной планеты.
Мы с металлистом, тоже изрядно упившиеся (я — глинтвейном, он — коньяком) выясняли отношения, в конце которых пришли к консенсусу: он меня не учит уму разуму по поводу и без, и мы — друзья до гроба.
– Я пппопытаюсь, — говорил боевой товарищ, силясь сконцентрировать на мне осоловевший взгляд. — Оччень. Но, если у ммменя иногда не ббудет пполучаться, ты зззнай, ччто это я не с ззла.
– Ххорошо, — вторила я ему. — Я ббуду ппомнить о ттом, что тты у нас эттот, ккак его ттам?
– Ппприрожденный пппрепподдаваттель. Он ссамый, учченица лллюббиммая ммоя, он сссамый.
– Значит, бутылка Клейна, — задумчиво вертела я в руках макет единственной населенной планеты Огненная, вращающейся вокруг звезды Денеб. — Поверхность одна, а кажется, что две.
Мы сидели в кабинете начальства в Заповеднике, потягивая коктейль, снимающий похмельный синдром. Пойло было гадостным на вкус и на вид, пить его можно было только крохотными глоточками, да и то, зажав нос и крепко зажмурившись.
– Можно и так сказать, — задумчиво протянул волхв. — Тебе все понятно? От Иланы ни на шаг. Повтори.
– От-Иланы-ни-на-шаг. Там что, настолько опасно? Толпы вооруженных экстремистов, любящих закусить инопланетянками?
– Нет, — поморщившись, отпил из своего стакана волхв. — Как раз в этом плане там все спокойно. Просто среда обитания для нас, людей, абсолютно не подходит.
– А скакун там действует? — поинтересовалась я.
– Конечно, — ответило начальство, всем своим видом показывая, что, мол, как можно не понимать настолько элементарных вещей. — Дай-ка я тебе межпланетный адрес на всякий случай настрою…
Возился он долго — я уже успела осушить свой бокал, и от нечего делать принялась вертеть макет планеты Огненная, когда волхв все же справился с настройкой.
– Ну вот, готово, — сказал Борис Иванович, вытирая платком капли пота со лба, и прикладываясь к бокалу.
– А что так не быстро? — невежливо поинтересовалась я. — Я так поняла, что это несложная операция…
– Во-первых, у меня похмелье, — посмотрел на меня мутными глазами волхв. — А, во-вторых, я никогда этим не занимался.
– Как это? — не поняла я.
– А вот так, — развело руками начальство. — Обычно в другие миры отправляются гораздо более подготовленные маги, и никакими ПТ они к тому времени уже давным-давно не пользуются.
– Прорвемся, — махнула я рукой.
После того, как ликвидировались остатки похмелья, мое настроение стало на удивление беззаботным.
– Только попробуй не вернись, — угрожающе взглянул на меня потемневшими глазами
