Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
в дневное, но все же сумерек. Представьте себе пещеру в масштабах планеты, и вы поймете о чем идет речь. До потолка (или дна, это уж с какого ракурса посмотреть) далеко, воздух очень плотный, поэтому и кажется, что над головой — небо. Только вот солнца не было, оно другую часть планеты, мужскую, безжалостно поливало. Почему было светло «внутри» Огненной, я не ведала. Ведь, сколь ни велика пещера, а, если в ней нет источника света, то мрак ей обеспечен. Видать, как-то свет сюда все-таки пробивался, и даже не в одном месте.
В сумеречной части планеты обитали женщины. Они селились по склонам лесистых гор в маленьких домиках самой удивительной архитектуры. Тут встречались и милые моему сердцу вполне русские избушки, и миниатюрные замки, гнезда, мельницы, шары, кубы, термитники, и даже копия статуи свободы. Понятное дело, что маленькими строения были только снаружи, внутри они имели размер, ограниченный фантазией хозяйки. Наверное, хижина волхва Терентия строилась по тому же принципу, что домишки и на изнанке «Огненной».
«Вероятно, фасад дома отражает сущность хозяйки», — думала я, с высоты драконьего полета наблюдая красивый, но на редкость отталкивающий замок.
«Жилище очень сильной колдуньи-некромантки», — услышала я в своей голове пояснения дракона. — «Не смотри туда по возможности, и другим передай».
– И тут эта напасть, — сокрушенно покачал головой друид, услыхав комментарий. — Негде от них не спрячешься.
– Сссила жжжизззни и ссссмерти ессссть всссюду, — повернув голову, прошипел дракон. — Сссама по сссебе она вполне нейтральна.
– Да знаю я, — отмахнулся от многовековой мудрости Антон. — Все от адепта зависит, применит он ее во зло, или на благо обществу. Что, поворчать уже нельзя?
– А сссмыссссл?
– Великий, — привычно отрезала я. — Что ты прицепился к человеку, замученному ведьмой? Может, он недовольство жизнью таким образом выражает.
Дракон смерил меня оценивающим взглядом.
«Ну все», — подумала я. — «Сейчас начнет кульбиты выделывать»
Но ящер только подмигнул и отвернулся.
Так мы летели и летели, а потом я почувствовала, что на сегодня мне хватает впечатлений. Да и по делу мы сюда прибыли, а не развлекаться. Больше того, я начала испытывать настоятельную потребность в возвращении. Я изо всех сил старалась не думать о своих потребностях — вдруг у дракона появится вкус к жизни во время полета?
«Не надейся», — услышала я в голос камикадзе. — «Это не ты хочешь возвращаться. Просто ты каким-то образом почувствовала ту силу, что заставляет меня окунуться в Источник».
«Какой источник?» — не поняла я.
«Огненный», — услышала я в ответ. — «Мы, драконы, дважды в него окунаемся. Один раз — чтобы стать огнедышащими, а второй, если раньше не погибнем, — чтобы помочь кому-то стать огнедышащим».
«Но с тобой же не будет молодежи», — возразила я.
«Жаль, но ничего не поделаешь», — вздохнул ящер. — «Очень жаль».
«Ну и обычай», — поежилась я. — «А по-другому нельзя?»
«Не мной это заведено», — отозвался ящер. — «Не мной и окончится».
«А смысл?» — невольно подражая ему, спросила я.
«Великий», — с наслаждением ответил мне дракон. Но потом все же продолжил: — «Смысл в том, что мы возвращаем наш заимствованный огонь, а за это увековечиваемся в стихии. И, потом, иногда, мы получаем возможность начать жить в новом теле».
«Это как?» — не поняла я.
«Сложно объяснить», — ответил дракон. — «Память сгорает, личность обновляется, тело молодеет. Но тебе этого не понять, ты ведь не дракон».
«Так ты не умрешь?» — обрадовалась я.
«Не надейся», — усмехнулся собеседник. — «Я, как таковой, в любом случае исчезну. Вместо меня
может появиться новый дракон или драконесса, но на моей памяти такого ни разу не случалось. А жил я немало, даже по нашим меркам».
«А вдруг?»
«Не надейся», — повторил ящер. — «Кроме того, ты ведь дружишь с огнем?»
«Ну да».
«Может, навещу тебя в качестве элементала».
«Слабое утешение», — поморщилась я. — «Все равно я никогда не узнаю, ты это, или нет».
«Какое уж есть», — философски ответил ящер. — «И, потом, мы сможешь вспоминать обо мне всякий раз, когда будешь смотреть на огонь».
Что-то мне напоминал этот разговор. Но я так и не смогла вспомнить, что именно, потому что перед моим мысленным взором, заслоняя все остальное, встал маленький, но очень горячий вулкан…
Дракон улетел. Мы стояли на узеньком крылечке дома, и смотрели ему вслед, пока он не скрылся из виду. Я смахнула непрошенную слезу, но она сменилась другой, третьей, четвертой…
Ко мне подошла хозяйка дома, дотронулась до моего плеча рукой
