Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
не сталкивалась. А мчались мы с ней подчас о-го-го на какой скорости! А потому подобная реакция меня насторожила.
«Может, со мной что-то не так?» — рассеянно думала я, глядя, как Маня уворачивается от дерева.
До столкновения все же не дошло. Многоножка пришла в себя, пригляделась повнимательнее, подползла, заглядывая в глаза: «мол, прости деревянную, обозналась».
Вот тут-то мне и стало не по себе — в зеленых очах многоножки отражалась я. Но в моем облике было слишком много огня — его излишки отражались страхом в зеленых глазах смолистой многоножки.
Это было странно — я себя чувствовала, как никогда, спокойно. Никакого там жара излишнего, ни ментального, ни физического, я в себе не ощущала.
Маня тем временем опомнилась окончательно, подставила спину — мол, поехали кататься. Приехали мы к пещере дракона.
«Ты. Хотела. Сюда. Приехать», — поймала я неоформленную Манину мысль.
– Нет, — покачала головой я. — Я хотела просто кататься.
«Значит какая-то часть тебя хотела», — заупрямилась Маня.
Отлично! Только шизофрении мне не хватало до полного комплекта радостей!
– Вези обратно, — мрачно сказала я. — А еще лучше, к начальству.
«Как скажешь», — услышала я ответ многоножки.
И только тут до меня дошло, что я могу с ней общаться ментально. Прежде я лишь чувствовала ее на грани то ли догадки, то ли интуиции, а теперь вот вполне осознанно понимала. Похоже, мне и впрямь было пора на встречу с волхвом.
Борис Иванович меня ждал. Сидел за столом, пускал колечки дыма. Едва завидев сотрудницу свою непутевую, отложил трубку в сторону, впился глазами, снимая информацию. Только после этого соизволил поздороваться:
– Здравствуй, Лиса. Странно выглядишь. Что у тебя там на Огненной произошло?.
– И вам здравствуйте, Борис Иванович. Вы о чем? Об Илье?
– И о нем тоже. Проходи, садись, в ногах правды нету.
«Если сейчас от меня еще и кресло начнет удирать, то я точно выругаюсь», — пообещала себе я. — «Смачно, матом, и при начальнике».
Волхв покачал головой. Мне показалось, что я практически поняла, о чем он подумал.
– Ты садись, давай, — многообещающе сказал телепат. — Признавайся, с драконом общалась?
«Где ты была с восьми до одиннадцати?» — чуть не брякнула я в ответ, но все же сдержалась. Телепат укоризненно хмыкнул.
Я медленно села. Кресло обхватило меня едва ли не ласковей, чем обычно. Может, потому оно и стояло у камина?
– Ну, общалась, — честно сказала я. — А что?
– И как же вы общались, позволь поинтересоваться? — вкрадчиво поинтересовался волхв.
– По-моему, телепатически, — пожала плечами я. — Я просто провалилась в его воспоминания, а потом вышла обратно. А что стряслось-то?
Волхв задумчиво посмотрел на меня, хотел было что-то сказать, но передумал. Или не решился. Вместо этого уставился на магический огонь в камине. Я глянула в том же направлении. И поразилась. Элементалы обрели индивидуальность. Раньше они были все на одно лицо, теперь же я отчетливо видела, что характеры у них отличаются друг от друга.
Наверное, с ними было бы интересно пообщаться…
–У меня есть всего лишь догадки, — наконец, молвил Борис Иванович. — Как сделанные со слов Иланы, так и те, что появились теперь, когда ты, напуганная спонтанным визитом в пещеру дракона, вошла ко мне в кабинет. И все они туманны и не оформлены, ибо то, что, возможно с тобой происходит, вообще не может быть. Так понятно?
Умеет волхв расставить точки над «ё»… Мне было ясно только одно:
– Вы не хотите мне говорить о своих догадках.
– Нет пока, — подтвердил волхв мою правоту. — Но если ты вспомнишь, что у тебя произошло с того момента, как вы покинули Землю, возможно, что-то этой истории прояснится. Приступай, я буду рядом с тобой.
Я покивала головой (поняла, мол), и принялась дисциплинированно вспоминать недавние события — прямо с того момента, как мы втроем ступили на женскую часть планеты 14565. Драконью историю я прокручивать не стала — только обозначила. Историю с раем закончила на том моменте, как металлист ожил, и, брюзжа, направился в мою сторону — на мой взгляд, на этом месте она сама себя исчерпала. Закончила я трансляцию событий сном, представлявшим из себя воспоминания юного дракона.
Судя по еще не остывшему чаю, принесенному домовым, много времени на просмотр моей памяти у волхва не ушло. Зато озаботился он крепко. Настолько, что ошарашил меня своим вопросом:
– Лиса, а для чего ты живешь?
– То есть? — оторопела я. — Что за вопрос? О смысле жизни?
– А что, это запретная
