Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
дверь.
Шаги Дмитриевны еще не успели затихнуть, а из соседней комнаты высунулась всклокоченная соседкина голова.
– Свалила? — виновато и сонно одновременно осведомилась аспирантка. — Я дверь забыла закрыть…
– Догадалась, — поморщилась я. — Кофе готовить?
Танька радостно закивала.
Это была наша утренняя традиция. Проснувшись от возни в соседней комнате, аспирантка шлепала курить на лестницу, а на обратном пути неизменно заворачивала ко мне. Устраивалась на самодельном кресле из диванных подушек — кофейку попить, обо всем на свете потрепаться.
Вернувшись, Танька застала меня за ноутбуком.
– Диссертацию все же решила написать? — кисло осведомилась она. Над ней самой пресловутый псевдонаучный труд висел, аки дамоклов меч.
– Я же не в аспирантуре, — не отрываясь от экрана, напомнила я аспирантке. — Сказку пишу. Про гадкого утенка.
– Про то, как бедненькую птичку прижимала злая комендантша? — оживилась Танька такому повороту событий. — Не стыдно животное мучить?
– Мммм, — протянула я. Вообще-то я писала совсем о другом. — Мммм…
– О чем, говоришь, твоя сказка?
Я нехотя оторвалась от экрана:
– Про то, как утенок осознал свою неповторимую сущность, прекратил бесполезную беготню по чужим семьям, и в тот же момент ему привалило счастье!
– Миллион баксов, что ли? — подозрительно уставилась на меня соседка.
– Нет, он превратился в гордую красивую птицу!
– Глубоко копаешь, — уважительно резюмировала Танька. Уткнулась в чашку с кофе.
Мы помолчали, подружки закадычные. Женская дружба — вообще редкость, но мы вполне уживались рядом с конца первого курса. В настоящее время соседка помогала мне, снимая дополнительную комнату в блоке. Мне-то, не студентке да не аспирантке, шиш с маслом теперь полагался — университет и не думал обеспечивать жильем простых преподавателей. За комнату, понятное дело, платила я.
– Не хочешь в аспирантуру поступить? — наконец, нарушила тишину соседка. — И за жилье платить не надо будет, и взяток никому давать не придется.
Это была избитая тема. После окончания университета я, как все иногородние, не пошла в аспирантуру. Несмотря на то, что у меня, отличницы, были все шансы попасть туда совершенно бесплатно. Но… Но еще на третьем курсе мне стало понятно, что астрофизик из меня такой же, как из козла — балерина, и я не пожелала пудрить мозги ни себе, ни окружающим. Танька, кстати, об этом прекрасно знала, но всякий раз после визита администраторши упорно напоминала о возможности пожить на халяву.
Я ограничилась избитым высказыванием:
– Ага. Спасибо партии родной за трехгодичный выходной!
– Ну, не всем же правду-матку по жизни резать, — упрекнула меня Танька. — Хотя, с другой стороны, тебе хорошо… — издевательски протянула она, — ты определилась в жизни, тренируешься, и гармонию с окружающим миром в боевых стойках проверяешь.
В чем-то вредная девица была права. Я, и впрямь, любила тренироваться. Бывало, выйдешь на аллею. Вдохнешь воздух полной грудью. Махнешь шестом…
А мыши — тут как тут. Усядутся на безопасном расстоянии, и замрут минут на десять-пятнадцать. Мне они ни капли не мешали, наоборот, было приятно ощущать рядом с собой такого вот бесхитростного зрителя.
Только вот, зря я рассказала об этом Таньке. Ерничает теперь, зараза.
– Ты всю жизнь собралась дружить с грызунами и мыкаться нелегалом по общагам? — вклинилась аспирантка в мои воспоминания о природе.
– Танька, остынь, — поморщилась я. — Мы же уже столько раз с тобой на эту тему общались. Не убежит от меня твоя аспирантура. Захочу — поступлю, с кафедрой я отношений не портила, линейной алгеброй и аналитической геометрией исправно первокурсникам мозги пудрю.
О том, что аспирантура есть ничто, как отсрочка от пресловутых квартирных проблем, я упоминать не стала. Зачем портить человеку настроение?
– Как знаешь, — скептически хлюпнула носом аспирантка, и уткнулась в чашку с кофе.
Я оставила девушку в этом состоянии, а сама вернулась к своей сказке. Уже дописала хеппи-энд, и даже успела залезть на свой любимый сайт в поисках еще непрочитанной фэнтезюхи, как соседка снова нарушила молчание:
– Сколько раз я тебе говорила, что тебе надо осветлиться? — перешла она на другую излюбленную тему, «волосы растут на голове для того, чтобы их красить».
– Не-а, блондинка — это состояние души, — скептически покачала головой я. — Тем паче, что мне не подойдет. Да и глаза у меня серые, и… Пусть такой цвет, как у бурого медведя, остается
Танька меня не слушала — она и так знала все мои доводы наизусть.
– О, анекдот вспомнила! — встрепенулась она. — Сидят две
