Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
посущественнее. Впереди меня расположился на коврике металлист. Этому графоману и голод был нипочем — знай себе, долбил палочкой по экрану, записывал события. Пользуясь тем, что товарищ увлекся, я в открытую наблюдала за ним. С тех пор, как я в первый раз увидела металлиста, он изменился. Подрастерял внешнюю серьезность, взамен обретя внутреннюю уверенность и твердость. Я не удержалась, глянула на него магически. Ледяная корка, по словам Иланы, покрывающая компаньона, была мне не видна. Либо истаяла, либо бывшая разведчица смотрела на Илью под другим ракурсом.
– Подглядываешь? — не отрываясь от экрана, осведомился металлист.
– Немного, — не стала отпираться я. — Чем занимаешься?
– Пытаюсь понять, с кем это мы столкнулись, — ответил Илья. — Есть предположения?
– Не знаю, — поднялась я с земли, перебираясь поближе. — Какие-то странные ребята. Одно то, что у этого гориллы ходят под началом смертники, уже о чем-то, да говорит.
– Ты о ком? О солдатах, что ли?
– А еще о ком же?
– Откуда знаешь? — аж приподнялся с коврика металлист.
Кривить душой решительно не хотелось.
– Мысли случайно прочла.
Глаза товарища нехорошо сузились:
– Так, значит, ты у нас телепат? — вкрадчиво поинтересовался он. — И давно?
– С сегодняшней ночи, — честно ответила я. — А что?
– Ничего, — несколько сердито пробурчал Илья.
Отвернулся, тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, как же его достала эта щекотливая ситуация. Чуть помедлив, металлист снова повернулся ко мне:
– Это из-за твоего сна, да?
– По крайней мере, я так думаю, — подтвердила я Илюхино предположение. — И, поверь, мне сейчас тоже не сладко приходится. Пока с качком этим общались, уши почти в трубочку свернулись!
– Верю, — усмехнулся металлист. — Только знаешь что…
– Что?
– Если сможешь, меня не слушай.
– Идет, — протянула я руку Илюхе.
Тот, помедлив, бережно сжал ее.
– Кстати, раз уж так получилось… Скажешь, о чем он думал-то?
Я честно рассказала — о подозрениях, о готовности палить в нас по поводу и без, и о смене «гнева» на… Еще не милость, но что-то в этом роде. Металлист ничего — не ответил, лишь кивнул головой в такт собственным мыслям.
«Качок» вышел из-за того же дерева, за которым прятался в прошлый раз. Один, без какого бы то ни было сопровождения. Одет он был на сей раз в таком же джинсовом стиле, что и мы, за плечами угадывался рюкзак. Судя по походке спецназовца, веса в нем было не шибко много.
– Давайте познакомимся, что ли, — протянул он руку. — Сан Санычем меня звать.
– Илья.
– Лиса, ударение на первом слоге.
– Вот и чудненько. А почто костерок не зажжете?
– Так ведь неохота рядом с кладбищем этим трапезничать, — отозвалась я. — Давайте отлетим чутка, и привал устроим.
– На чем? — насторожился Сан Саныч. — У вас что, вертолет имеется?
– На ковре, — широко улыбнулась я. — Добро пожаловать в сказку!
– Шутишь! — от удивления перешел качок на «ты».
Коврик, ведший себя тише воды, ниже травы все это время, решил показать себя во всей красе. Сделал пару пируэтов, взмыл вертикально в воздух, и, войдя в крутое пике, понесся вниз.
– Как бы он не угробился, — даже заволновался наш новый знакомый.
– Это почти невозможно, — покачал головой металлист.
И точно. Коврик остался цел и невредим, мгновенно затормозив у самой земли. Вид у летуна был довольный — правый передний уголок задрался вверх, совсем как ухо у собаки. «Как я вам?» — говорила вся его поза.
– Хорош, — не удержался от похвалы Сан Саныч. — Хорош, ничего не скажешь. Так мы летим?
Мы не стали подниматься высоко в небо, взлетели чуть выше макушек деревьев. Ветер донес запах влаги, и коврик, помедлив, взял курс в том направлении. Летели мы не быстро, озирая окрестности на предмет возможного места стоянки. Вскоре нам открылась небольшая поляна уютная полянка над песчаным обрывом, у подножия которого текла шустрая речка.
– Снижаемся? — осведомился металлист. — Вы как, ребята?
Коврик не стал дожидаться нашего положительного ответа, плавно спикировал вниз.
Я соскочила на покрытую сосновыми шишками землю, сделала колесо. Потом еще одно, и еще.
– Где мои семнадцать лет? — вздохнул Сан Саныч. — Ты обедать будешь? Али физкультурой обойдешься?
– Обедать, конечно! — остановилась я. — Просто размяться захотелось.
– Шило в… — завел было любимую песню металлист, но не успел.
Из-за соседних кустов, трясясь, вышел замшелый пень. С глазами.
– А вы что у меня в лесу потеряли?
– Черт! — выругался Сан Саныч.
– Сам ты черт,
