Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
часов он еще продержится, если будет придерживаться той же тактики, — произнес Зевул, почувствовав наше внимание. — Беда в том, что веры у него немного…
– Во что? — удивилась я.
– Во что угодно, — пожав плечами, ответил некромант. — Если хотите, расскажу. Время терпит, а для дела полезно.
Я, помедлив, кивнула. Зевул обрадовался передышке — видать, ему требовался некий роздых между делами полюбовными и изгнанием беса.
Веля, окинув взглядом все наше собрание, величаво удалилась. Зевул проводил ее влюбленным взглядом, и повернулся к нам.
– Итак, мы о вере… Ну, например…, — протянул он. — Кажется, у вас там какая-то религия распространена?
– Христианская, — подсказала я.
– Да, часть наших соотечественников искренне веруют в то, что некая дева Мария непорочным образом понесла сына бога от голубя, — добавил металлист вредным голосом.
– Вот видишь, — улыбнулся Зевул, не замечая моих округлившихся глаз. — Вроде бы, нелепо, а народ-то верует.
– Но… — было начала возражать я, но поняла, что крыть-то мне и нечем.
– Так вот, — продолжил Зевул. — Человеку, скажем так, нужен не только миф, в который он будет верить. Ему еще нужно что-то, чем он будет это делать… Понятно?
Я неуверенно кивнула головой, красочно представляя себе этакую виртуальную мышцу в сердце homo sapiens. Прокачанную и большую у людей искренне верующих, и хилую, пребывающую в зачаточном состоянии у атеистов и прочих безбожников.
Интересно, а я кто? Вроде бы, не крещеная, а молитва мне тогда, в Университете, жизнь сберегла… Наверное, дело не только в официальном признании религии, и не только в ней самой.
– С теорией более-менее понятно, — поделилась я своими соображениями с некромантом. — Что делать-то будем?
– Если бы он был верующим, то сам бы справился, — продолжил размышления вслух некромант. — Не без нашей, естественно, помощи. А так — нам придется всю работу самим делать. Я помогу ему с сохранением его жизненной силы, а вы будете изгонять беса.
– Э-э-э… — протянула я.
– Мы же не можем заморозить нашего друга до абсолютного нуля, — поддержал меня металлист. — Почти до абсолютного нуля, — поправился он.
– Ага, — крякнул некромант. — Понятно теперь, как вы с железяками справлялись. Познавательно… Ну… тогда нам нужен тот, кого эти твари боятся.
– Может, позвать Илану? — неуверенно спросила я. — Или разбудить Бориса Ивановича?
Пока я думала, побудка кого из сильных мира сего обойдется мне дешевле, в комнату, катя сервированный чаем столик, вошла Веля. Голубенький халатик с павлинами, небрежно наброшенный на тело, едва прикрывал пятую точку. Суккуб заметила, что внимание практически всех присутствующих, кроме Сан Саныча, обращено на нее, и широко улыбнулась.
– Как продвигается помощь пострадавшему? — весело осведомилась она.
– Да вот, договорились до того, что нам нужна помощь кого-то, кто силен в изгнании бесов.
– Зачем? — удивилась Веля. — Лиса сама справится.
– Это как?
– Тогда зовите кого-нибудь, — прищурившись, посмотрела на меня суккуб. — Чем позже он проявится, тем… Короче, кто у вас там есть на примете?
Я вспомнила Бориса Ивановича в гневе, и решительно отказалась от этого варианта. Поднесла ракушку ко рту, и дунула в нее. Раздалась Хаванагила, повеяло магией пространственных искажений, и в спальне Вели и Зевула появилась ветеранка денебской внешней разведки собственной заспанной персоной. В пушистой огнеупорной пижамке и тапочках на босу ногу. По странному стечению обстоятельств в ее измерении тоже была ночь. Точнее, самые сонливые предрассветные часы.
– Подождать не могли? — пропищала она, оглядывая всю нашу компанию. — Святой Огонь, ну у вас и паноптикум! А этот что тут делает? — удивленно поползли вверх брови денебки. — А ну, марш оттуда! — выкинула она вперед руку в повелительном жесте.
«Сию минуту, госпожа», — услышала я лебезящего беса. — «Куда удалиться прикажете?»
– Ко мне отправишься. За очагом следить будешь. Ты еще тут?
Снова открылся портал, я увидела магическим зрением, как бес нехотя отделился от спецназовца, и пропал с глаз долой. Портал захлопнулся, Сан Саныч вздрогнул, и раскрыл здоровый глаз.
– Вовремя вы, — хрипло выговорил он. — Я уж думал — все, хана мне.
– Да нет, — возразил ему простодушный некромант. — Ты бы еще час продержался, как минимум.
– Как вам это удалось? — оттерла я не менее любопытного Илюху в сторону.
Сан Саныч ответил не сразу. Он склонился в низком поклоне перед Иланой, медленно распрямился, поковылял к широченной кровати некроманта и суккуба. Добрел, и, как был в грязной и окровавленной одежде, растянулся на розовом атласном
