Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
стала использовать драконьи телепатические навыки — во-первых, потому что обещала Илюхе этого не делать. А, во-вторых, это лишило бы ситуацию (и меня в том числе) всякой интриги.
Наконец металлист вышел из забытья:
– Чаю хочешь?
– Э-э-э, — с трудом подавила я в себе желание осведомиться, а не с этой ли конкретно целью он ко мне заявился. В смысле подачи чая. — Конечно, хочу.
Я часто пью чай. В последнее время подсела вот на копченый, по имени «Сэр Джон». Раньше покупала его в магазинчике «Чай, кофе и другие колониальные товары», что возле МХАТа. Однажды, телепортировавшись в оный, до смерти напугала продавщицу — та увидев, как я появилась «из неоткуда», хлопнулась в обморок. Поэтому в дальнейшем я действовала с оглядкой, и под прикрытием полога невидимости. А потом этот чай исчез из ассортимента магазина, и мне пришлось заказывать его в интернете. Килограммами. Половину я отдавала в Дерево — старому друиду он тоже пришелся по вкусу.
– Держи, — подал мне кружку металлист. — С молоком, как ты любишь.
– Спасибо, — усмехнулась я. — Что-то меня в последнее время наставники осыпают милостями по части подачи чая в постель.
– Это кто еще? — подозрительно уставился на меня Илюха, осторожно присаживаясь на краешек кровати. Подальше от меня.
– Старший друид, — с нескрываемым наслаждением ответила я.
Металлист вздохнул с явным облегчением. Нет, не то, чтобы он страдал ревностью. Но собственником все же был изрядным, и старался сразу ставить точки над «ё».
– Я, собственно, хотел извиниться, — возвестил он с видом человека, делающего шаг с десятиметровой вышки. — За свое недельное поведение.
– Извинения принимаются, — ответила я. — Ты же не нарочно.
– Я мог бы вести себя по-другому, — покачал головой он.
– Илана сказала, что ты вообще не будешь со мной общаться, — тихо ответила я. — После испытания. Мне бы не хотелось такого поворота событий, если честно.
– Ты всегда была снисходительна ко всяким…
– Неправда, — возразила я. — Вспомни Вадика. Тот еще был урод!
– Ну ты и сравнила, — чуть грустно усмехнулся Илюха. — Ладно, проехали. А то у тебя и так проблемы, а я на тебя со своими комплексами вешаюсь.
– Да что ты! Можешь приходить в любое время, и я с удовольствием тебе расскажу о том, что ты — не самый последний человек в этом мире.
– Надеюсь, до этого не дойдет, — с чувством ответил боевой друг и товарищ. — Расскажи-ка мне лучше вот что: как это ты дошла до жизни драконьей?
Ага. Убежала я в драконьи мечты. От тебя, любимого.
Резать правду-матку не хотелось. Впрочем, у меня в запасе имелось другое объяснение:
– Совершенно нечаянно вышло. Во всем виновата… метафора.
– Какая еще метафора? — уставился на меня металлист.
– Ну, я в том самом измерении, где… Короче, я ляпнула: «Лучше бы я стала драконом».
– Понятно, — мрачно произнес Илья. — Что-то подобное я и подозревал.
– «Покуда.опа есть, с ней что-то приключается», — поспешила я процитировать своих любимых «Ивасей», пока человек снова не начал заниматься самобичеванием.
– И что ты собираешься делать?
– Ничего. Я остаюсь человеком.
– Ты совсем ничего не понимаешь? — удивленно воззрился на меня товарищ. — Или просто так глупой прикидываешься?
Никак ожил — ты гляди, снова ругается, и куда только смурной вид и вселенская печаль подевались? Я пожалела, что так быстро простила металлюгу, но строить из себя оскорбленную невинность было уже поздно. Нелогично как-то.
– Ты пойми, — глядя на меня, как на дорогого сердцу, но безнадежно отсталого в развитии ребенка, говорил металлист. — Это раньше все зависело от твоего решения. А теперь тебя заколдовал шаман, будь он неладен.
Вообще-то в словах металлиста была доля истины. Вот и дракониха меня птенцом невылупившимся признала. Кстати, язык у нее был на редкость шершавый, что твоя наждачная бумага — еще чуть-чуть, и сняла бы слой кожи с лица.
– И что ты предлагаешь? Биться с ним? Али есть другая альтернатива?
– Ну… — протянул боевой друг и товарищ. — Вообще-то я тут думал…
– О чем?
Вместо ответа Илья пододвинулся ко мне, сильно, и в то же время предельно нежно сжал в объятиях.
– Я тебя никому не отдам. Слышишь?
Его лицо, совсем-совсем близко. Его практически черные глаза. По мне пробегает искра — я раньше встречала про такое поведение человеческого организма в литературе, но никак уж не верила в то, что это возможно. Его губы. Минута, другая. Господи, боже ты мой! Почему этого не случилось раньше?
– Где я был раньше? — эхом моим мыслям спрашивает Илья. — Почему?
– Ну вот, зато теперь у меня есть мотивация, — усмехнулась я в ответ.
– О!
