Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
Они были все такие же бездонные и безнадежно деревянные. Во мне огня было больше уже на четверть моей обычной нормы, я это сейчас ощущала с особенной силой. Процентов семьдесят пять. Как она меня не боится?
«Я. Тебе. Верю».
«Спасибо. Мне уйти?»
«Посиди еще немного. Еще чуть-чуть. Все. Мне пора».
Она уже давно исчезла, а я еще долго смотрела ей вслед. Потом повернулась, и побежала обратно. Я знала, что это — последнее мое свидание с Маней. По крайней мере, в ближайшее время. Я не смогу проверять на прочность ее веру в меня.
Дерево. Оно меня не пустит внутрь ни за какие коврижки, я это поняла сразу, как только увидела корпус друидов, еще издали. Еще чего доброго, от меня удерет избушка, и мне придется спать на улице. Не беда — у меня еще палатка со студенческих времен осталась. Мой мир рушился, и я уже устала сожалеть об этом. И уже очень скоро мне останется только сказать ему «спасибо», повернуться, и сделать шаг в неизвестность.
Он поджидал меня у начальства.
Великий Полоз, в человеческой ипостаси. Упаковал свое тело в мое любимое кресло, мне оставалось присесть на сосновый стульчик у стола. С некоторой опаской — вдруг загорится? Смолистый он был, как-никак.
– Тебе осталось три дня, не больше, если ты, конечно, не найдешь способ замедлить процесс превращения.
Вот как! Еще вчера меня уверяли, что у меня в запасе целых шесть.
– И что будет, если способ все-таки найдется?
– Тогда ты протянешь на денек больше, — полыхнул зеленым пламенем очей Хранитель. — Но ты, вероятно, и сама это знаешь. Я же пришел говорить не об этом. Где Борилий?
– Будет через пару минут, — раздался ворчливый голос. — И только посмей попортить мне мебель, Огнедышащая!
– И что мне будет?
– Жалованье твое промотаю.
– Жестко ты.
– Зато справедливо. Зачем оно тебе?
– Это, Гоша, не тебе решать, — ответил за меня входящий в комнату волхв. — Ба! Полоз! Какими судьбами? Как там Катя?
– Все хорошо, вашими молитвами. Я тут, собственно, не поэтому.
– А почему? — потянулся за любимой трубкой Борис Иванович.
– Вы, люди, называете это место Великим Алхимиком.
– Ого! — Присвистнул волхв, и потянулся за трубкой. — Как интересно. Она?
Кивок в мою сторону, кивок ответный, утверждающий.
– Лиса, позови Илью.
– Он спит, полночи делал отчет о пташках и киборгах.
– Зови, не рассуждай.
Я нехотя поднялась с так и не спаленного стула, подавила в себе внезапно нахлынувшее желание устроить контролируемый пожар, в рамках одного посадочного места, и отправилась будить несчастного металлиста. Как только я покинула пределы избушки, в ней поднялась ментальное цунами — Полоз и волхв изволили обсуждать проблему без меня.
В избушке я обнаружила вполне себе бодрого Илюху.
– Тсс, — приложил он палец к губам. — Тише.
– Что там у тебя? — мигом забыла я о том, как меня невежливо попросили из кабинета.
– Невиданное дело! В гостях у начальства сейчас Полоз сидит.
Тоже мне новость! Постой-ка…
– Ты что же, жучок там установил?
– Вчера еще. Не удержался. Надо же быть в курсе событий, а то они, подлые, как с цепи сорвались, и не углядишь за ними.
– И что же там сейчас происходит?
– Полоз в панике.
– Как это?
– Он боится какого-то места. Очень. С тех пор, как ты вышла, разговор идет только об этом.
– Да уж, — так и села я на кровать. — Правильно люди говорят, на каждого зверя найдется свой охотник. Эк его припекло-то!
– Погоди ты со своими эмоциями, — отмахнулся от меня металлист. — Постой-ка… Это они о той планетке, про которую ты мне рассказывала?
– Ну да. Кстати, Борис Иванович велел тебя позвать.
– Что же ты мне раньше не сказала?
А кто меня спрашивал? И потом:
– Тогда бы мы не узнали, чего боится Великий Полоз.
Стоило мне только перешагнуть порог начальской избушки, как буря эмоций стихла. Я даже прониклась еще большим уважением к Полозу: может быть, у него и есть свои фобии, но в выдержке ему не откажешь, это уж точно. Хранитель сидел в непринужденной позе, и пил чаек из чашечки тончайшего фарфора, чуть тронутой росписью. На змеиные сюжеты, разумеется.
Не успела я подивиться подобной метаморфозе, и подумать, а не привиделось ли мне все остальное с недосыпу, как тихо звякнул колокольчик, и в избушку откуда-то из-под потолка ссыпался Сан Саныч. Видок у агента спецподразделений был так себе. Помятый, обросший, оборванный. Да и запах активно использовавшихся потовых желез давал о себе знать. Зато глаза его сияли чисто мальчишеским задором.
– Здравия желаю всей честной компании, — выкрикнул он, становясь
