Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
ухватилась за ремни на куртке. Из дверей эзотерического заведения кубарем вылетел Ян.
Мы тихо поехали со двора. Уже набрали скорость, и только тогда я вспомнила, что не спросила у товарища, чего это его понесло к гадальщику. Но потом махнула рукой — так ли уж мне нужен был этот ответ?
Заповедник кипел.
Водяные старательно чистили бассейн, огневики наводили глянец на камни своего жилища о трех псевдо-огненных лепестках, друиды очищали ствол Дерева ото мха, металлисты водили швабрами по Слитку, земляные руками пололи свое пристанище. Эмпаты ничего не могли исправить в своем здании — их двуликий тролль не допускал вмешательства в свою неповторимую внешность. Он считал, что генеральная уборка один раз в год как нельзя лучше способствует процветанию и долголетию. Одна, и баста. Не больше, но и не меньше. И она уже была. А потому его обитатели, взбудораженные, как и все остальные жители Заповедника, чинно расселись во дворе, темные со светлыми вперемежку, и нервно курили.
– Неужели Заповедник готовится к сдаче и переходу под новое командование? — предположила я худшее из того, что могло случиться.
– Сейчас узнаем, — с изумлением глядя на товарищей по Слитку, ответил металлист. — До избушки начальства остались какие-то пятьдесят метров. Смотри! Гоша сейчас дырку в крыше протрет!
Домовой сидел на окорочках, упакованных в ливрею, и старательно драил непромокаемые листья, то и дело обмахиваясь хвостом. На его мохнатом лице была написана небывалая, прямо-таки недетская сосредоточенность.
– Гоша!
– О! Явились, наконец-то, — радостно оскалился он, увидев нас. — Проходите скорее, совет уже вовсю идет.
– Скажи, Гоша, — притормозила я перед крылечком. — А чем это все заняты?
– Хозяин сказал, принимать решающий бой надо при полном параде, — доложил домовой. — Проходите скорее. Вас все ждут.
Он отвернулся, и принялся с особым неистовством за листву. Вот зарядят настоящие осенние дожди, и волхв не погладит домового по головке…
– Ты иди, — повернулась я к металлисту. — Расскажи начальству про темного мага в магазине.
– А ты?
– А я постою немного, — спокойно глядя в обеспокоенные глаза товарища, ответила я. — Мне хочется побыть одной.
Илюха прошел внутрь.
Я осталась.
Возможно, я сюда еще вернусь. И все мои переживания покажутся мне просто сном. Порой кошмарным, порой забавным.
Юный друид, в еще совсем короткой мантии, старательно полз по стволу Дерева, счищая лишайник.
А, возможно, это будет моим последним взглядом на это гостеприимное место.
Я повернулась, пошла на совет.
Народу в избушке набилось изрядно. Для того, чтобы устроить всех с комфортом, из комнаты была вынесена практически вся мебель, а на полу расстелен пушистый ковер, на котором и устроились приглашенные. Как только я вошла, мне в глаза бросилась плюшевая фигура наставника ушу, мастера Лина. По левую руку от него сидел Начальник Заповедника, по правую — бывший агент спецподразделений. Кроме означенных лиц, собрались все начальники корпусов, и я искренне порадовалась, увидев деда Макса. Тот посмотрел мне в глаза (и я поняла, что дерева во мне практически не осталось), покачал головой — печально, и в то же время негодующе. Но потом все же взял себя в руки:
– Садись, Лиса, — освободил он мне место рядом с собой. — Не бойся, не сгорю.
Я протиснулась между старшим огневиком и металлистом, осторожно присела рядом со старым друидом. Интересно, что тут делает мастер Лин?
– Итак, друзья, — взял слово Борис Иванович. — Теперь мы все в сборе, и можно приступать к самому главному вопросу на повестке дня. Внимание, вопрос: кто согласен с тем, чтобы полностью выйти из-под подчинения московской конторе и «розе»?
– А в чем дело-то? — шепотом спросила я у Илюхи, глядя, как голосуют все пять начальников корпусов, и оба эмпата, светлый и темный. Последним поднял руку Николай Петрович, и я невольно усмехнулась — меня им пугали, аки младенца (мол, не будешь стараться познать металл, направим на обучение), а довелось мне его увидеть только сейчас, когда за моей спиной уже были готовы расправиться драконьи крылья. Он и впрямь был зловреден до потери сознания — теперь мне это было вполне очевидно.
– Мы решили драться, — ответил за Илью старший друид. — Если надо, то и насмерть.
– Отлично, — потер руки Борис Иванович. — Единогласно. Тогда идите, и готовьте своих подчиненных и корпуса к обороне. Действуйте.
Один за другим начальники поднялись, и покинули совет.
