Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
такие нотки, что общаться с ним дальше не рисковал никто. Молчаливые, вышли мы в холл с грушами. Крысы гуськом потянулись за нами.
Им надо было еще попасть в свой мир, а мы, как на грех, запечатали их ход.
– Мы их переправим, — как само собой разумеющееся, сказал волхв, он же «неважный», по его признанию, телепат. — Ну-ка, Лиса, представь себе их избушку.
Я послушно исполнила просьбу начальства. Привычно повеяло магией пространственных искажений, открылся ход.
Крысы, как сидели, так и остались сидеть.
– Ну? — Поторопил воинство Зуба Борис Иванович. — Да, мы скоро будем. Через час. Да, так и передайте. Эти люди? Это место? Вот придем, и сами расскажем. А теперь — кыш отсюда!
Крысы, водя длинными носами, потянулись в другой мир. Никола задумчиво смотрел им вслед, проводя рукой в сантиметре над поверхностью очередной шаровой молнии, покоящей на второй ладони. Когда последний крысиный хвост исчез из холла, волхв переманил молнию у технаря, метнул в проход между мирами. Лаз закрылся.
– Что скажешь, Сан Саныч? — Повернулся к бывшему вояке Борис Иванович. — Как тебе ситуация?
– Дружные тут бойцы, ничего не скажешь, — задумчиво молвил тот. — И как с такими воевать против инопланетных гадов прикажете? Да их всех перебьют поодиночке!
– Никак, — пожал плечами волхв. — Скажи спасибо, что они не водку пьянствуют, а спортом занимаются.
– Ну, я бы не стал так огульно утверждать о том, что эти орлы не искушены в потреблении спиртосодержащих напитков, — задумчиво изрек металлист.
Волхв покивал головой в такт своим мыслям:
– Ладно, ребята, закрыли печальную тему, у нас своих дел невпроворот. Будем надеяться, что местной
разведгруппе , — с удовольствием произнес он последнее слово, — не придется иметь дело с тем, что надвигается сейчас на наш мир.
Оказавшись в заметенном снегом Заповеднике, волхв первым делом направился к себе.
– Никола, зайди пожалуйста, ко мне. Сан Саныч, тебя это тоже касается. Всех остальных жду у себя через полчаса.
Металлист, буркнув что-то невнятное, заторопился в Слиток. Я направилась к себе в избушку — побыть хоть немного в одиночестве, чего после ночи, проведенной под аккомпанемент храпа уголовников, жуть как хотелось. Однако, уединиться мне было не суждено.
– Лиса! Тебя-то я и ждала! — Встретила меня на крыльце Жозефина.
– С Моськой все в порядке?
– Что с ней сделается, — махнула рукой ежка. — Я о тебе беспокоюсь.
Мелочь, а приятно!
– Я в норме. Только ужасно грязная, и хочу в душ.
– Мне тут рассказал Илья…
– О том, что я наполовину ящерица? — Перебила я ведьмочку. — Забей. В нас недавно полетело мощнейшие заклинание истинности…
– И? — Заинтересовалась Жозефина.
– Ни я, ни Илья не изменились. Только технарю повезло — в нем прорезалась способность извлекать шаровые молнии из эфира.
– Из эфира?
– Из магического поля. Он, дитя девятнадцатого века, так его называет.
– А-а, — протянула ведьмочка.
Было видно, что судьба технаря мало ее волновала, в отличие от судьбы небезызвестной мне девицы:
– С Таней что?
– Влюбилась. Крепко.
– На изнанке останется?
Я покачала головой. О том, что станет с Танькой, я старалась вообще не думать. Ведь, судя по тому, что мне было известно из биографии Никола Теслы, тот преспокойно упокоился в Америке в возрасте восьмидесяти шести лет. А еще мне было известно, что ему за всю жизнь так и не повстречалась дама его сердца. Вот и получалось, что моя многострадальная подруга умудрилась в очередной раз втюриться в «не того»…
– Ты мне лучше вот о чем скажи, — поспешила я увести разговор в сторону. — Ты зачем пришла? И, поскольку у меня времени не много, то придется тебе говорить сразу, а не ходить вокруг да около.
– Что-то ты сегодня не в себе, — поморщилась ведьмочка. — Случилось что?
Наверное, она была права, а я — не в меру резка. Но у меня и впрямь, не было времени на лирику:
– Колись. Зачем пришла?
Жозефина вздохнула. Решилась.
– Отцу нашему плохо было.
– Знаю. Но он ведь пошел на поправку?
– Пошел. Но я не об этом.
– ?
– Он долго говорил с Ильей за закрытой дверью. А потом мой братец еще долго кручинился о том, что ты — не совсем человек.
– Ясно. Отец семейства почуял смертность, и… Дай, я угадаю: заботится о продолжении рода?
Ведьмочка не ответила, только кивнула.
– Жозефина, — села я на кровать. — Я что, особо несчастливая? Ну что от меня все чего-то хотят? Почему не оставят меня в покое?
– Не выдумывай, — строго посмотрела на меня ведьмочка. — Это в порядке вещей, когда
