Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
можно было отказаться от
этого ?
– Власти Безымянным не хватало, Лиса, — вернул меня к действительности голос Бориса Ивановича. — Банальной власти. Ладно, ребята. С Безымянными мы потом разберемся — чует мое сердце, не век этой заразе по Земле ходить. А ты, друг, не смей с жизнью прощаться. Мы еще с тобой поживем!
Старый волхв отрицательно покачал головой.
– Тебе нельзя делиться со мной своей силой. Да ты и сам это знаешь.
Борис Иванович хотел было возразить… Но, сникнув, согласно кивнул опущенной головой:
– Нельзя, — сказал он. — Ты прости меня, друг. Оставить Заповедник без своей силы я не могу. Особенно сейчас не могу.
– Я знаю, Иваныч. Я знаю. О! — внезапно повеселел он. — Кажется, к нам спешит подкрепление!
В разных концах поляны один за другим засветились шесть дышащих природой телепортов. Волхвы шагали на снег, оглядывались. Их сумрачные глаза зажигались радостью узнавания. Двоих из них я уже видала, четверо были мне незнакомы. Но я знала — все они такие же надежные, как и мое начальство.
Мы шли по центральной улице города Урска. Слева от меня мерил изнанку длинными ногами высокий тощий технарь, справа — весомо шагал металлист. За нами топали зеки и Шуша.
Мы шли вперед. Перед нами была вялая аномальная теплынь, за нами — обычный январский снег, с нами — настроение. То самое, что возникает у волхвов, когда они вершат справедливые дела. А сами волхвы, числом восемь, стояли сейчас кругом Урска, вперемежку с домовыми и лешим, и концентрировали на нас свою мощь.
Нам не было море по колено. Нам было все равно. Все равно, что нас ждет впереди: мы были правы. Мы должны были идти вперед, и мы шли вперед. Позади нас восстанавливалась природа: радостно встряхнулся черно-белый Мурзик. Встряхнулся, и помчался в сторону добротного бревенчатого дома. Может быть, просить у хозяйки молока.
Мы шли вперед, и сила восьми волхвов была с нами. Вспыхнул в окошке свет. К мигом покрывшемуся узорами стеклу приник чей-то любопытный нос. Протаял темный кругляшок.
Мы шли вперед. Книжный червь кинулся к полке, недоумевая, как это он так долго мог обходиться без пожелтевших страниц недочитанного фолианта.
Мы шли вперед. Прижались друг к дружке молодожены. Трактирщик тряхнул головой, и, зажмурившись от удовольствия, выпил пинту пива. Крякнул от удовольствия. Вытер тыльной стороной ладони усы.
Мы шли вперед. И вялая теплынь, разлагающая все и вся в городе, сжималась в размере.
Мы подходили к тюремным воротам.
Металлист взял меня за руку:
– Давай!
Сила была со мной. Ворота испарились в мгновение ока. Часовых на вышке обдало брызгами колючей проволоки. Они кричали, и в их крике слышались человеческие нотки. Мы шли вперед. Тюрьму заметало снегом. Домовой повел туда-сюда носом — справа, всего в каком-то метре от нас, открылся ход под землю.
Волховья сила не оставила нас и под землей. Кирпичная кладка дарила нас прохладой, винтовая лестница обогащала нас железной решимостью.
Мы шли вперед. Спускались вглубь холма. И вот, наконец, мы пришли.
Перед нами открылся громадный зал. Посредине него мерцал темно-красными, почти что черными, искрами житель планеты Огненная. Вокруг него, на лесах сидели, державшись за руки, зеки. Смотрели перед собой бездумными глазами.
– Приветствую вас, жители планеты 14856747, — раздался характерный для денебцев тембр голоса.
Нас не разорвало на части — с нами была сила восьми волхвов. Я лишь поморщилась, ощутив, как меня сотрясает волной инфразвука, но с некоторой опаской взглянула в сторону товарищей. С ними тоже все было в порядке.
– Приветствую тебя, житель Огненной, — заговорил металлист. На скулах заиграли желваки. — Что привело тебя в наш мир?
– Обмен энергиями, — загудело облако. — Вашим людям нравится общаться со мной.
Ага! Нравится. Только что-то они совсем не в восторге. Они вообще никакие — вылитые зомби.
– Как ты сюда попал?
– Меня пригласил начальник этого института, замерцало облако искрами в сторону зомби на верху лесов.
Мы с товарищами переглянулись. У Никола в глазах светилась какая-то умная мысль. Металлист был мрачнее тучи.
– Спроси его сама, — чуть дрогнули губы Ильи. — Я сейчас взорвусь.
Кивнув в ответ, я повернулась к облаку:
– Мне, право, неловко спрашивать, но не могли бы вы показать нам разрешение на пребывании в нашем мире?
Разрешение у денебца было. Только вот, силы в нем было мало. Ничтожно мало. Печать на свитке стояла, но старая, двухлетней давности. Пользоваться этим свитком было — все равно что пытаться согреться солнечным зайчиком в лютый мороз.
