Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
Но ведь правительство Огненной знало, что после заварушки с беглыми денебскими политическими заключенными, на Валааме сменили и печать, и порядок выдачи разрешений. Это нам было доподлинно известно.
Все это означало, что, либо этот денебец является злостным нарушителем, и нам сейчас придется с ним драться, либо он не так-то и виноват, и что нам придется драться, но после — с кем-то, кто стоит у самой власти на Огненной. Уж не по этому поводу Штирлиц посещал Заповедник?
– Я вынуждена вас огорчить, — повернулась я к денебцу, — но ваше разрешение не дает вам право на посещение нашей планеты.
Пахнуло искренним огорчением.
– Мне жаль. Я пойду. До свидания, жители планеты 14856747.
И он исчез. Мы перевели дух. Неужели все так просто?
А вот нет!
– Берегись! — закричал металлист. — Зеки!
И было чего беречься: сидевшие на лесах зомби расцепили руки. Упулили в нас бездумные очи. Затянули песню.
Не слышны в тюрьме даже шорохи…
Они сделали синхронный шаг вперед — кто в воздух, кто по полу…
Я, признаться, сперва оторопела. Ведь читать про зомби — это одно, а видеть продвижение вперед бездумной биомассы — совсем другое. Те, кто сидел на нижних рядах лесов, надвигались на нас в целости и сохранности. Те, кто повыше, передвигали конечностями, поломанными при приземлении. Те, кто сидел совсем высоко, ползли вперед месивом человеческого тела. Мешали своим же.
Я оглянулась на уголовников с Зубом во главе. Те находились в степени крайнего изумления, отвращения и испуга.
Если б знали вы,
Как нам дороги…
Сила волхвов все также была с нами. Но сквозь нее пробивались позывы к рвоте.
Я стиснула зубы.
До нас дошел первый зомби.
Металлист разрубил живого мертвеца надвое железным тесаком. Половинки зомби двинулись вперед. Металлист искрошил их в капусту.
– За черную зону! — Выкрикнул пришедший в себя Зуб. — В бо-о-о-ой!
Зеки выхватили ножи, и бросились вперед.
Песня слышится,
И не слышится…
Я почувствовала приступ тошноты. Ощутила кожей остатки чуждого поля, поняла, что его излучают поющие зомби. Решение пришло ко мне мгновенно — я взлетела вверх, под своды зала. Внизу все смешалось — зомби, зеки и маги. Вот трое окружили Никола. Технарь отбивался, но мне было очевидно, что он не успеет отбить занесенный над его головой тесак. Я прицельно ливанула огнем. Нестерпимо завоняло паленым мясом. Приступ тошноты усилился. Потом раздался крик — то упала на пол оторванная у «живого» уголовника рука. Кровь брызнула на мертвяка, залила ему лицо. Зомби не обратил внимания на это досадное происшествие, протянул руки к своему бывшему собрату. Но не дошел: вспыхнул, и тут же сгорел. Рядом контролируемо рванула шаровая молния, разорвала парочку зомби на части…
…Через полчаса с мертвяками было покончено. Мы сожгли мясо, и поплелись вон из сводчатого зала. Вышли на поверхность, и упали в снег. Холод возвращал к жизни. Сила волхвов подымала, велела идти вперед. Нас ждала еще одна тюрьма.
И потрясение. Открылся телепорт, из него вышли двое, высокий светлоглазый технарь и Танька. Я бросилась к подруге. Та в кое-то веки раз ухватилась за меня — в воздухе даже не витала, но жила опасность.
Старший технарь шагнул к молодому.
– Нам пора? — Вздрогнул молодой.
– Нет еще, — покачал головой старший Тесла. — Я пришел сюда потому, что здесь источник возмущения эфира.
– Кто же вас сюда телепортировал? — Ахнула я. — Здесь опасно!
Старший технарь неодобрительно глянул в мою сторону. Думал, стоит ли ему удостаивать меня, одетую в мужские штаны, ответом, или нет. Но потом всмотрелся повнимательнее:
– Ты ведь не человек?
– Не совсем человек, — подавила я в себе желание оглянуться на металлиста.
– Тогда я тебе отвечу. Я сам нас телепортировал с помощью волны эфира и своего прибора.
Понятно.
То есть, не совсем. Что делать с Танькой? Не драться же ей с зомби?
– Я присмотрю за девушкой, — дотронулся до моей руки Шуша. — Пошли.
Мы стояли на холме. Сзади белело здание тюрьмы. Зуб со своими уголовниками остался в ней. Внизу сиял огнями зимний город Урск. По избам сновали домовые. Вдалеке чернел лес, и в нем сейчас осматривал свои владения леший.
Борис Иванович поддерживал старого волхва.
– Как только получим известие, так и отправимся в Заповедник, — успокаивающим тоном говорил он. — Старший друид горазд мед варить. Мертвого на ноги подымет!
Глеб Макарович закашлялся.
