Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
А значит…
– Борис Иванович, а давайте я на разведку схожу, — предложила я. — В Слиток. Элемент соответствующий изучать.
Борис Иванович оглядел меня с ног до головы.
– Рано тебе еще, — вынес безапелляционный вердикт он. — Маг из тебя покамест нулевой. Кроме того, ты у нас известна, как защитник Мани.
– Вы меня просто недооцениваете, — не сдавалась я. Хотя в глубине души была полностью согласна с руководством.
– В тебе же почти нет «металла». Зато «дерева» хоть отбавляй! — сделал спектральный анализ разозленный начальник.
– Вы же сказали, что хотите сделать из меня неповторимого в своем роде специалиста!
– Так сделать специалиста, а не убить! Вот непуганая идиотка! — вконец озверел наставник. Но потом все же взял себя в руки, и абсолютно спокойно произнес: — Одну не пущу. Точка.
Я затравленно оглянулась на друидов в поисках помощи. Никогда не видела свое ненаглядное начальство в ярости. Может, и впрямь, не зря он так распалился-то?
Старый друид устремил красноречивый взгляд на молодого. Тот согласно кивнул:
– Борис Иванович, разрешите, я с нею пойду. Во мне тоже огня хоть отбавляй. Да и драться я умею получше некоторых. Отобьемся, в случае чего.
Начальство осмотрело друида со всех сторон — точно пытался найти в нем серьезный изъян какой. Не нашел. Хмыкнул.
– И чем же ты мотивируешь свое желание?
– Скажу, что катану соратнице подарить хочу, или в компьютере получше разобраться, или… Да мало ли что?
– Только если катану ковать будешь, делай тупую, а то мне уши жалко, — озаботилась я.
– Нет уж! Куй острую, пускай отрежет себе нос, зато соваться, куда не просят, перестанет! Ты! — Указал он на меня пальцем. — Завтра с утра ко мне! Изучать магию искажения пространства!
Я не хотела злить начальство еще больше. Это у меня вышло само собой:
– Какую магию?
– Ты, кажется, на разведку собралась? — вкрадчиво осведомился маг. — В Слиток, на вражескую территорию. И, при этом, — голос его начал набирать обертоны, — не знаешь элементарных вещей.
Терять мне было уже нечего:
– Так что за магия-то?
Борис Иванович посмотрел на меня, как на мелкое насекомое:
– Ты! Ограничишься левитацией. И познанием о том, что такое пространственные искажения. А вам, ребята, — свирепо оглянулся он на притихших друидов, — придется потрудиться. Чтобы уже через час ее избушка стояла рядом с моей. Все понятно?
И, вылив в рот полный чайник элитного китайского напитка, исчез.
Вместе с чайником.
Посиделки окончились.
– Ну что, Антон, — поднялся с пенька старший друид. — Не передумал, нет? Тогда пошли трудиться.
На следующий день я проснулась ни свет, ни заря. Выпила чашку горячего чаю, чтоб не очень мерзнуть, оделась потеплее, нацепила рюкзак-седло, и припустила бегом по утреннему морозцу. В лес, к Мане!
О, доложу я вам, это было что-то! Маня неслась немыслимым зигзагом среди сосен, я попыталась было уследить за ходом событий, но не смогла. Рыжие деревья вокруг так и мелькали — вот-вот впаяемся, еще чуть-чуть, и… Но в последний момент многоножка неизменно уворачивалась, и прямо по курсу оказывалась новая сосна. Где-то на тысячном дереве я привыкла к тому, что мы удачно вписываемся во все повороты нашей безумной траектории, и расслабилась. А потом и рассмеялась — я «соединилась» с Маней, и поняла, как она движется. Она не уворачивалась от сосен, но общалась с ними. Скользя, приветствовала свою родню. Многоножка распознавала преграды так, как это делают летучие мыши, а потому авария была просто невозможна! Я от радости научилась воспринимать ультразвук не ушами, а всем своим существом.
И когда я, слегка укачанная, но невероятно счастливая, сползла на снег, то пообещала себе, что кататься буду так часто, как позволят обстоятельства и Маня.
– Пока, Маня, — помахала я многоножке на опушке. — Пора мне грызть гранит науки пространственных искажений.
Та, наклонив голову набок, смотрела на меня зелеными очами.
К начальской избушке я подходила с некоторой опаской — уж больно не понравилось мне его вчерашнее настроение. Но, вопреки моим ожиданиям, Борис Иванович был спокоен, весел и голубоглаз.
– Ну-с, приступим, — потирая руки, оптимистично начал он. — Для начала…
В общем, жизнь пошла на новый виток. Выражалась новизна в том, что мне теперь пришлось прикладывать куда больше усилий, чем раньше — я уже изучала не только то, к чему имела врожденный дар, но и то, к чему дара особенно не имела. Но, как оказалось, во всем были свои преимущества — на первом же занятии мы отправились на экскурсию.
– Иди за мной, — сказало начальство, очертив арку
