Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
слава богам, не заметил.
– Иззз него выныривали очччень удачччливые драконы.
– Удачливые?
– К поиссскам Ссссокровищщщ, — облизнулся ящер.
А я вспомнила скептицизм начальства в ответ на свое утверждение о том, что Рассвету Сокровища не нужны. А волхву было сейчас не до того, чтобы прислушиваться к моим мыслям:
– А почему на Земле? Источник закрыли, я имею в виду?
– Мы людей много кушшшали, — нехотя ответил дракон. — Вот и докушшшшались. Вмешшшался ззземной магиччческий сссовет, и сссоссстряпал бумажжжку. Мне в Зззагробном мире Глубинный Сссвет рассссказзззывал, шшшто они ссссначала сссмеялисссь. Но вулкан потуххх, а драконов, которые осссмелились к нему приблизззитьссся, нашшшли мертвыми. А ссследующщщее поколение драконов ужжже не зззнало о том, шшшто на Зззземле был Исссточччник.
Ящер шипел, а до меня медленно доходило, какой опасности я подвергала Рассвета, пытаясь до него докричаться из Приэльбрусья. Ну я и…
– Ты жжже не зззнала, Малышшшка, — дотянулся до моих огненно-подобных волос язычок холодного пламени. — Ничччего.
– Но почему они не убили меня?
– Ты всссе жжже большшше чччеловек, чччем дракон. Потому Сссоглашшшение и пощщщадило тебя.
– Ага! — Запоздало надулась я. — А они на меня обзывались!
– Как? — Прищурился ящер.
– Оборотнем!
– Это они зззагнули, — кисло улыбнулся дракон. — Ты никак не оборотень, к сссожжжалению.
– Почему? — С интересом уставился на исполина волхв.
– Оборотень мощщщнее дажжже меня. Он можжжет быть и полноццценным драконом, и полноццценным чччеловеком. Так понятно?
Да уж! Яснее некуда. Из меня-то дракон не получился… Да и человек был… так себе. Бывали и лучше.
– Какая роскошная самокритика, — ядовито раздалось со стороны начальства. — Самобичеванием, Лиса, ты обещала заняться позже.
– Да ладно, пуссть продолжжжает. У нее так хххорошшо выххходит! Зззассслушшшаешшшьссся!
– У меня нет на это времени, — отрезал волхв. — И, если бы ты видел, как она себя вела в первый день посещения Заповедника, ты бы меня понял.
– Чччто именно понял? — Проявил нарочитый, как мне показалось, интерес исполин.
– То, что я не желаю подымать ее заниженную самооценку, как сейчас модно говорить. Поверь мне, самобичеваться она может часами! И так витиевато… Кстати, я знал одного парня… Даже Лисе было до него далеко…
Последовало пятиминутное описание комплексов неведомого мне ученого из Москвы-изнаночной. После каждого написанного им толстенного фолианта парень горько, долго и нудно рыдал: он думал, что ему уже никогда не удастся повторить свой успех. И, как назло (его «тараканам» в голове), каждая последующая книга выходила ничуть не хуже предыдущей. А то и лучше!
– Классс! Вот это комплексссы! А я зззнавал одного дракона с раззздвоенным хххвоссстом, — не остался в долгу Рассвет. — Когда еще был правителем. Так вот, этот бедолага почччти кажжждый вечер прилетал к моей пещщщере, и жжжаловался на то, чччто он — никчччемный, ччто всссе над ним сссмеютссся, даже плешшшивый зззмей, ссслучччайно осссевший у нас на планете. И чччто поэтому ему, уроду ссс раззздвоенным хххвоссстом, сссрочччно пора в Исссточчник…
– Да ты что! И это классный комплекс! А вот у меня такой случай был, ты только послушай…
Обо мне, казалось, забыли. Но это только на первый взгляд.
«Не дождетесь», — мрачно думала я. — «Это не лечится. И, потом, кто-то, кажется, жаловался на нехватку времени?»
Умудренные мира сего, как по команде, прекратили делиться воспоминаниями.
– Ну, я пошшшел?
Ага, полетел!
– Одну секунду, Рассвет, — замялось(!) начальство. — А ты не знаешь, часом, ваши Источники ни для чего другого, кроме самосожж… дарования огня драконам не годятся?
– Попробую узззнать, — фыркнул дракон в ответ на «самосожжение». — Ты ведь не отвяжжжешшшьссся, — не без одобрения посмотрел он на волхва. — Но для этого мне надо уединитьссся в пещщщере.
– Глубинный Свет? — Перестала я дуться. — Ты у него спросишь совета?
– Да, — кивнул головой ящер. — Ссс вашшшего разззрешшшения, мне пора.
Он улетел, а я тут же засобиралась к себе — забыться сном.
Вечером того же дня мы с волхвом отправились, как и предполагалось, в гости к некроманту Владимиру — тому самому, имя которого произносилось с ударением на последнем слоге. Тому самому, что потратил чуть ли не целый день своей драгоценной жизни на то, чтобы обучить нас — металлиста Илью, друида Антона и меня, бесценного сотрудника Заповедника, постановке антинекромантовой защиты. Где оно, то замечательное время?
Но, не успела я как следует
