Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
мы все узнали, что никогда раньше ни один портал, ведущий на «шесть галактических сотых», не был настолько огромным, как в этот раз. И располагался он в этот раз возле самого Источника, то бишь, древнего накопителя, тогда как до этого он был совсем в другом месте. Узнали мы и о том, что тот самый Тролль, которого я имела счастье (или несчастье) лицезреть в районе подземной обсерватории в Приэльбрусье, тихо-мирно дрыхнет где-нибудь в горах, и просыпается один раз в две тысячи лет. И что его спросонья заедают мысли о захвате планеты, на которой живут столь никчемные в массе своей создания, как люди.
«Но мне показалось, что ему нравился один человек!» — Завопила тогда я.- «Там, на подземной обсерватории!»
«Все правильно», — отвечал мне корпус светлых эмпатов. — «Нам очень нравятся стоящие, горячие сердцем, добрые…»
«Или хладные умом люди», — продолжил корпус темных развивать мысль своей половинки. — «Мы получаем от вас эстетическое удовольствие».
Узнали мы и о том, что и «командующий», просыпающийся ненадолго один раз в две тысячи лет, и сам корпус эмпатов — мутанты. И что нормальных гуманоидов в его родном мире уже дано не осталось…
…Но все это было уже сильно после. А сейчас медленно тянулось время — тролль решал, на чью сторону ему встать. А начальство все так же стояло столбом, вслушиваясь в чужой внутренний диалог. Наконец, половинки тролля взялись за руки:
– Я пришел к согласию с самим собой, — объявил Архетипический Храм приятным баритоном.
– Я понял направление своего дальнейшего пути, — молвило Готическое «сооружение».
– Мы остаемся в Заповеднике, и ни во что не вмешиваемся.
– Но тем самым ты, возможно, обрекаешь себя на верную смерть, — ответил ему Начальник Заповедника. — Он ведь знает, что ты здесь?
– Конечно: он меня позвал. Но я решил не вставать на его сторону. Я здесь живу. Здесь мой дом, мне тут хорошо, тут я и останусь. Мне никогда не нравился наш… командующий. Я принял решение. Разрешите удалиться.
– Разрешаю, — просто ответил Начальник Заповедника.
Тролль было развернулся, чтобы уйти. Но потом передумал:
– Он рядом, не забывайте.
– Где? — Заозиралась я по сторонам, опасаясь увидеть внезапно появившийся Холм.
– Там, — показали рукой половинки одного корпуса эмпатов куда-то нам за спину.
– На изнанке? — Не поверил волхв.
– Там, — утвердительно кивнул тролль обоими головами. — Могу я быть вам еще чем-то полезен?
– Да, — ответил волхв. — У меня есть кое-какие вопросы.
Так мы узнали некоторые подробности появления «зла» в нашем мире. И после их озвучивания я еще долго не могла найти себе места, хотя корпус эмпатов уже давным-давно отправился на отведенное ему место в Заповеднике. Дело было в том, что Тролль не был «злом» в прямом смысле этого слова. Просто он брался судить, кому из людей стоит жить, а кому — нет. И, по его мнению, достойными выживания были лишь те, кто был… достоин. Беззаветно предан какому-нибудь делу, чист телом и душой, ит.д. и т.п. И это мнение еще не было бедой. Беда заключалась в том, что всех остальных людей «командир» троллей хотел извести. И, от двух-тяысячелетия к двух-тысячелетию его методы отсева «неправедных» становились все более и более жестокими и изощренными. Именно он два двух-тысячелетия тому назад надумал населить Землю суккубами и инкубами. Но сначала они не приносили много вреда — радовались, что вырвались из своей Вселенной, и не вмешивались в чужую жизнь. Зато потом вошли во вкус… И тогда люди изобрели новое высокоморальное учение, и оно даже возымело успех. Поначалу. Потом-то оно, конечно выродилось и принесло много горя не столько суккубам, сколько самим людям…
А в этот раз Тролль проснулся, и долго-долго чихал, пытаясь привыкнуть к различным примесям в воздухе. Понятное дело, что он разозлился не на шутку — ведь он давно уже считал нашу планету своим домом! И я, если честно, в этом была с ним согласна — мне тоже не нравилось вдыхать выхлопные газы.
В общем, еще чуть-чуть, и я наградила бы Тролля аурой святого в сердце своем. Сделать поспешные выводы мне не дал волхв:
– Ты помнишь «ежей»? Это разработка его родного мира. Правда, скорее всего, это работа не самого Тролля — он еще только-только начал просыпаться, а кого-то из его помощников. «Да, конечно», — подумала я. — Причем, скорее всего, того балкарского мага, которого он сам потом и угробил за излишнюю жестокость. И, надо сказать, первый, пробный экземпляр, наполовину Василий, наполовину темный эмпат, ему удался. В отличие от последующих…»
– Осознала? — Багровея глазами, оторвал меня от размышлений волхв.
– Это не он! Это его приспешник!
– А Безымянного ты помнишь? — Вкрадчиво осведомился
