Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
Саныча.
– Нам все равно погибать, — подрастерял задор юный технарь. — Но я тебе обещаю, что включу установку только тогда, когда станет понятно, что оцепление не может больше держать чужеродное поле. Кто со мной?
С ним пошел Сан Саныч. Металлист смотрел на них, исчезающих в переходе, тоскливыми глазами. Когда захлопнулась дверь, он тяжело вздохнул, и понурился. Я не выдержала:
– Иди!
– А ты?
– Чует мое сердце, я легко найду себе применение. Хотя бы там, — показала я на оцепление. — Или пойду, помогу Жозефине.
– А вот и ты, Малышшш, — предопределил мой выбор внезапно материализовавшийся Рассвет. — Боририссс велел мне защщщищщщать ххход. Ты сссо мной?
Со спины исполина смотрела Маня. И только из-за нее, покинувшей Заповедник, до меня, наконец, дошло, что у нас случилась беда.
– До встречи, — обнял меня металлист. — И, прошу тебя…
– А я — тебя.
Он ушел, не оглядываясь.
– Ну, вот и все, — подошел к нам с драконом верховный волхв. — Готовься, мой инопланетный друг. К худшему.
– Почему, к худшему? Мы не сможем выиграть это сражение?
– Не знаю, — покачал Терентий массивной головой. — Знаешь, что самое поганое в этой истории?
– Нет.
– Книга Правосудия на их стороне, — кивнул Верховный волхв в сторону крепости. — И замок, как на грех, находится на этой чертовой поляне! В Замке!
– Но почему Книга — и на их стороне?
Терентий ответил не сразу. Какое-то время он стоял с видом человека, до которого только сейчас дошло, во что же он влип.
– Борилий выдвинул версию, — нехотя открыл он рот, а я вспомнила, что да, начальство говорило про Книгу Правосудия в самом начале этой котовасии, в общаге МГУ. О том, что, вероятно, про «мировое зло никто не помнит» потому, что соответствующий пункт прописан соответствующим образом в Книге Правосудия.
– Вот видишь, — грустно смотрел на меня верховный волхв. — Тебе об этом даже известно. Скорее всего, Книга писалась не без участия Тролля. Ты ведь знаешь, что мы, волхвы, не можем вмешиваться в жизнь суккубов? Так вот, к троллям это тоже относится. Наверное, поэтому нашим предкам приходилось прибегать к помощи денебцев — ведь они существа не нашего мира. Но…
– А шшто, в другом месссте, — перебил опечаленного волхва дракон, — у нассс было бы большшше шшшансссов?
– В Книге было бы куда меньше права, и, соответственно, силы, дружище Рассвет. Боюсь, что мы… — Терентий замялся. А потом его волховьи глаза вспыхнули багрянцем: — Но я все равно настрою свой накопитель так, как просил меня дружище Борилий! А Владычица Катерина настроит свой.
– Так, может, отпустим цвет нации? — Кивнула я в сторону денебцев. — Раз нам все равно погибать?
«Нам уже негде жить, не забывай», — шевельнулся Штирлиц.
Его огонь пел песню о родном доме.
– А где Илана? — Поспешила я перевести разговор.
– На Валааме, — ответил Терентий. — Руководит второй группой. Если нам с Борилием и его техногенными вышками, натыканными по всему техногенному миру, не удастся переломить ход событий, то к вечеру придет их черед защищать наш мир от…
И, не договорив, Терентий ушел в портал. Где-то сбоку и чуть спереди маячили денебцы.
Я почему-то обеспокоилась за многоножку — наверняка ей, смолистой, не по себе в непосредственной близи от раскаленных облаков? Оглянулась…
Мани на спине дракона больше не было. Не было и украинской хаты. На ее месте стояла высоченная, метров шестьдесят, деревянная вышка. А на ее вершине покачивался металлический шар.
– Что это? — Спросила я у Рассвета.
И только потом сообразила, что дракон, скорее всего, не сможет дать ответа на этот вопрос. Но я ошиблась:
– Эта шшштуковина будет зззащщщищать твой родной мир, Малышшш. Я не зззнаю, как она работает. Но до того момента, когда она начччнет дейссствовать, я буду зззакрывать сссобой вхход в Зззаповедник.
– Зачем?
– Борилий сссказззал, что Зззаповедник должжжен накопить доссстаточччно сссилы для одного-единсссственного удара.
– А как ты узнаешь, что энергия накопилась, и пора сваливать?
– Борилий что-нибудь придумает. Не волнуйся, Малышшш. Иди ко мне на ссспину.
И, прошипев так, дракон улегся на снег. Мы превратились в ожидание.
Проходила минута, другая. Ничего не происходило.
Темнело. Повалил снег. Мы ждали.
Поле появилось внезапно. Мощное, тошнотворное, ударило оно с такой силой, что чуть было не смело драконом домик перехода. Но он все же устоял. Равно как и большая часть оцепления. Но, все же, какое-то количество
