Когда в один прекрасный день твоя налаженная жизнь заканчивается, а ты сама оказываешься в мире, полном магии и волшебства, — это означает только одно: перемены. И перемены, касающиеся не только тебя. Тебе не хватает сил и навыков, а действовать надо, иначе враги захватят твой дом. У тебя нет времени на раздумья; у тебя нет полной информации, а надо принимать решения, иначе погибнут твои друзья… А ты всего лишь обыкновенная девчонка с планеты Земля. Но тебе некуда отступать — ты пройдешь сквозь все испытания. Вот только сможешь ли ты в итоге остаться человеком?
Авторы: Ханами Тая Владимировна, Евгения Максимова
никогда) не бывает плохого настроения. Даже медосмотр не смог заставить Ярослава прекратить улыбаться.
– Ты ему еще в пасть загляни, — вошел в горницу свежеумытый металлист. — Здравия желаю всем здесь присутствующим. Цилиндр отдали?
Пулька до сих пор болталась у меня на шее — ее еще вчера опознал домовой. Она, и еще одна. Какую из них надо было отдать Ярославу, я не знала. Сняла обе, протянула на ладошке. Хозяин дома, не глядя, схватил ту, что была посветлее. Посмотрел смущенно на нас, потом все же вышел во двор. И очень скоро вернулся обратно.
– Кажется, я полечу с вами, — неуверенно сообщил он. — Волхв настоятельно рекомендует мне не задерживаться в городе. Тиша!
На кресле у камина зашевелился спальник. Попытался приподняться раз, другой, третий… Без толку.
– Уйдите, люди, — послышался сонный голос. — Дайте поспать! Там еды осталось много, не будите домового!
– Во дает, почти стихами, — уважительно произнес друид.
– Да-а-а, — почесал в затылке хозяин. — Лучше его оставить в покое, все равно от него ничего не добьешься. Пойдемте, что ли, посмотрим, что там со вчерашнего дня осталось.
Еды после вчерашнего ужина было и впрямь завались. Мясо, правда, парни подъели (скорее всего, за время дежурства, уж больно его много оставалось). Но пирогов было еще в избытке. Друид, сильный в бытовых заклинаниях, разогрел остатки вчерашнего пира не хуже микроволновой печи.
– Талант, — восхитилась я. — Вот Жозефине повезло!
При упоминании о ежке друид помрачнел. Хозяин взглянул на гостя, и, поднявшись со стула, отправился шуровать в ящиках комода.
– Возьми вот, — протянул он Антону янтарные бусы. — Подаришь своей зазнобе.
Украшение было поистине царским. Каждую бусину можно было рассматривать на свет бесконечно долго. Отличались желтые камешки друг от дружки тоном — от светлого до чуть зеленоватого. Внутри таились воздушные пузырьки диковинных очертаний.
– Здорово! — шмыгнула я носом. — Красотища… Нет-нет, — опередила я хозяина, вновь направившегося к шкафу. — Мне не нужно, я… Мне просто очень понравились бусы, а сама я ничего на себе носить не могу, только вот амулеты и терплю по долгу службы.
– Тогда держи на память вот эту зверушку.
Это была ящерка, темно синяя, с золотыми искорками. Так искусно сделанная, что казалось, вот сейчас юркнет, хвостом вильнет, и только ее и видели! От такого подарка я не могла отказаться.
– Амулет навевает добрые сны, — молвил Ярослав, с улыбкой наблюдая за моей умиленной физиономией. — Если поставить его в изголовье, то ночных кошмаров можно смело не бояться.
Интересно, как Ярослав догадался о том, что мне порой снились кошмары? Правда, еще давно, до перемещения в Заповедник. После того, как я переехала, моя голова была непрерывно занята — упорядочивала изученный за день материал.
Неужели у меня способность к неприятным сновидениям написана на лице? И на что в таком случае влияет подарок для Жозефины?
Спросить? Не спросить? Вдруг получится, что я выведываю чужие секреты?
– А бусы? — все же насмелилась я.
– Тут я лишь слегка усилил свойства янтаря, — просто ответил амулетчик. Видимо, тема все же не была для него запретной. — Поэтому бусы способствуют кротости нрава и хорошему настроению.
– Это хорошо, — как всегда, веско сказал металлист. — Сестрица, она такая! Как вспылит, то мало не покажется.
Ярослав улыбнулся. С тихим таким достоинством и осознанием собственной правоты.
Друид вздохнул. Потом вспомнил что-то, и вздохнул еще раз. Поди, желал оказаться в Заповеднике побыстрее.
– А скажи, Ярослав, — вспомнила я о насущных проблемах. — Кто это на тебя напал?
– А, это был некромант Кремантий, — жуя, ответил хозяин. — Ему не понравилось то, что я слишком хорошие амулеты от порчи делаю. Давно он около меня околачивался. А вчера вот, пришел совсем злой, и мы с ним повздорили маленько… О, боги! Что же мы тут сидим? Нам же драпать отсюда надо. Немедленно! Тиша! Вещи пакуй!
В сторону кресла полетел хозяйский тапок.
– Куда это мы собрались? — вскочив с кресла, как ошпаренный, жалобно запричитал домовой. — Опять переезд? Так еще вещи распаковать не успели…
– Собери только самое необходимое!
Из глаз домового покатились крупные слезы. Больше всего он сейчас походил на обиженного злой судьбой ребенка.
– Я тебе избушку выращу, — пообещал ему друид.
– С печкой? — с надеждой посмотрел на него Тиша. Слезы тут же просохли.
– Как пожелаешь, — почти уверенно ответил Антон.
– Ну, тогда я мигом! — повеселел домовой, и… исчез.
Только маленький смерч, да открывающиеся — закрывающиеся ящики-дверцы отмечали его путь.
