Заблудшие и проклятые

виде пурпурных пятен. – Это не точные данные. Достоверных цифр численности войск противника у нас нет. Орбитальная сеть Терры либо уничтожена, либо находится в руках врага. Эти цифры основаны на информации, полученной из других ульев. В большинстве случаев возможности доступа к подобным данным отсутствуют. Предположение – наш единственный инструмент. Осадные лагеря… – Дорн снова сделал паузу. – Восемь осадных лагерей окружают город. Все они находятся за защитными экранами. Воздушные пустотные щиты, многослойные силовые поля, ионная защита, а малые конструкции прикрыта атомарными оболочками… Используя лагеря в качестве базы, Темные Механикум начали работу по возведению линии осадных укреплений, призванной окружить всю Стену Вечности. Они находятся под постоянным обстрелом орудий Дворца, но это лишь замедляет, но не остановит их. Защитные конструкции препятствуют прямому целеуказанию на осадное оборудование противника, и они смогут подготовить контрвалационную линию у наших стен. Силы вражеской армии… Мы сбили тысячи их десантных кораблей. Тем не менее, за стенами располагаются несколько миллионов солдат в различной степени боеготовности. Впрочем, эти силы не вызывают большого беспокойства – но этого нельзя сказать о других зонах высадки, что находятся вне зоны действий орудий Дворца. Они организованы еще дальше, в массиве Гималазии. Эти посадочные площадки, по понятным причинам, расположены вдали от нас, но мы можем быть уверены, что подкрепления, которые были на них высажены, уже на марше. Собранные нами разведданные показывают, что высококлассные части армии противника перемещается из плацдармов в другие города Терры, – Имперский Кулак взял паузу, продолжив. – Космические порты: Хорус обеспечил несколько безопасных площадок высадки по всей Терре. Космопорт «Дамокл» рядом с Дворцом находится под постоянным обстрелом. На текущий момент времени он держится, но вскоре падет. Поскольку он находится за пределами «Эгиды», большинство построек в зоне «Дамокла» были разрушены, включая Черное Министерство. Наши воины сделали все, что могли, дабы привести космопорт в непригодность, но даже разрушенный он даст Магистру Войны надежную посадочную зону для Легио Титаникус и других тяжеловооруженных формирований вблизи нашей главной линии обороны. Воздушные театры боевых действий, – без устали продолжал Дорн. – У нас нет контроля за пустотным пространством. Силы нашей истребительной авиации истощаются с каждым вылетом против флота Магистра Войны. Мощность «Эгиды» – щиты удерживают почти стопроцентную мощность над центральными районами и Санктумом Империалис, но на периферии мы имеем менее сорока процентов эффективности. С каждым днем она уменьшается. Вскоре внешние стены будут открыты для атаки сверху, и когда это произойдет, их сокрушат.
– Щиты выдержат, – вставил Кейн.
Дорн бросил взгляд на Генерал-Фабрикатора.
– Мы столкнулись с пятью примархами. Один из них раскрыл и использует слабые места в сети «Эгиды». Я догадываюсь, что это Пертурабо.
– Или Кельбор-Хал, – возразил Кейн.
– Пертурабо был создан для задач, подобных этой, – сказал Дорн, с уверенностью глядя на Генерал-Фабрикатора. – Узоры бомбардировки несут на себе его отпечаток, как если бы он выковал их из стали и ударил по ним оттиском своей печати. «Эгида» падет под его атакой, а затем стены будут повреждены бомбардировками, и этот час вскоре наступит. – Дорн перевел взгляд от Кейна к гололиту, прекратив спор с Загреем Кейном. – Внешние укрепления Дворца… Внешние укрепления почти разрушены. Более половины призывников и бойцов других подразделений, собранных на их защиту, мертвы. Вскоре я отдам приказ оставить третью линию и отступить ко второй.
– Бастионы все еще держатся, – вставил генерал Адрин.
– Пока это так, и мы можем держать врага подальше от укреплений Дворца. Я ожидаю, что вскоре последует следующая крупная атака с целью зачистки пространства от внешних фортов, – продолжил Дорн. – Это может быть сопряжено с первой серьезной атакой на Стену Вечности. Если это не произойдет тогда, то произойдет немногим позже.
– Это ритуал, – неожиданно произнес Константин Вальдор. Он обладал фактически таким же влиянием, что и примархи, но был лучше известен Верховным Лордам, отчего они не боялись его слишком сильно. Пока сыновья Императора говорили, кустодий хранил свои мысли при себе, и Дорн это ценил. В прежние времена, когда примархи вели войну Императора среди звезд, голос Вальдора имел огромное влияние в Сенаторуме. Его молчание красноречиво говорило об авторитете примархов теперь, когда они правили вместо своего отца.
Вальдор подошел к Дорну и указал на гололит:
– Восемь