Бомбардировка Терры уже началась.Оборона Солнечной системы рухнула под напором могущества варпа и разрушительной мощью армады Магистра Войны. Отныне Луперкаль бросил свои силы на завоевание Тронного Мира.На защитников обрушился свирепый огневой вал артподготовки, по завершению которой рядом со стенами Дворца развернулось сражение, в котором суждено пасть миллиардам.Это бойня за гранью ужаса, ибо даже дышать там почти невозможно – воздух вытеснила отрава и кровь. Всё больше и больше людей гибнет в нескончаемой мясорубке, и, несмотря на все их усилия, укреплениям Рогала Дорна суждено пасть.
Авторы: Хейли Гай
каналы. Вокс молчал, но затем его почти оглушило какофонией криков – предсмертных воплей миллионов людей, умирающих одновременно, и Первый Капитан отключил связь.
В небе воспылало пламя. Вокруг него кольцом рассыпались молнии, а затем грянул гром.
Огненный шар упал с бурлящих небес на землю перед Вратами Гелиоса – слишком большой, чтобы быть десантной капсулой, слишком управляемый, чтобы быть обломком корабля флота, слишком медленный, чтобы быть масс-реактивным снарядом…
Ралдорон проследил взглядом за огненным шаром. Кровь текла по его шлему, размывая очертания.
Сфера ударилась о землю, испустив волну пламени, которая пронеслась как над предателями, так и верноподданными.
Вокс снова ожил.
– Что это было?.. – спросил Тейн.
Ралдорон увеличил изображение на линзах шлема и обнаружил дымящуюся фигуру, скорчившуюся на светящемся восьмиконечном символе, впечатанном в землю приземлением. Крылья летучей мыши обернулись вокруг существа, защищая его. Голова была опущена, а огромный черный меч острием вонзился в землю – обе же его руки покоились на рукояти. Трещины, изнутри горевшие огнем, расходились от острия клинка, постепенно расширяясь и превращаясь в пропасти, испускающие языки пламени.
Фигура в центре октаграммы поднялась, расправила крылья и подняла меч, показывая миру, что она прибыла.
Вначале Ралдорон не узнал его. Существо было огромным демоническим зверем, размерами превосходящими тех, с кем он сражался на Сигнусе. Но что-то в том, как она двигалась, внезапно заставило Первого Капитана убедиться в его принадлежности…
– Ангрон… Это Ангрон, – тихо сказал Ралдорон. – Во имя Императора, что с ним случилось?..
Даже издалека ярость примарха коснулась воина, пробуждая что-то горячее и омерзительное в сущности Кровавого Ангела.
Ангрон взревел. Смертоносные армии Хоруса хлынули вперед по ковру из мертвецов, покрывавшему внешние укрепления и стены. Первые десантные капсулы ударились о землю посреди них: люки широко распахнулись, и еще большее число космодесантников ринулись в атаку. «Когти Ужаса» спускались под углом к стенам. Гибнущая «Эгида» уничтожила некоторые капсулы, другие ударялись об укрепления и падали вниз, но большинство в нужный момент вытягивали когти, хватаясь за зубцы и крепко держась. Два модуля приземлились совсем рядом, между Ралдороном и его людьми, сражающимися с остатками Повелителей Ночи.
Пожиратели Миров вырвались изнутри, орошенные кровавым ливнем.
– Отец! – прогрохотал великан. Его свирепый и наглый голос, будучи полон неистовства, грохотал громче любой канонады и был слышим сквозь шум битвы. – Я пришел за тобой!
ТРИДЦАТЬ
Оборона прорвана
Врата открыты
Великая Мать
Внешние оборонительные сооружения Дворца, Стена Дневного Света, секция 16-ать, 15-ое число, месяц Квартус
Кацухиро выбежал из туннеля, когда Бастион-16 был взорван. Пылающие куски рокрита – смертоносные, словно любое другое оружие – дождем посыпались на эту часть поля боя. Отныне внешние рубежи опустели, и с исчезновением форта ничто более не могло сдержать врага.
Орды Магистра Войны хлынули по расколотой земле, и к ним присоединялись твари и похуже – они появлялись из дыма и огня лишь ради того, чтобы убивать. Окруженный пламенем, Кацухиро не видел, как Ангрон упал с неба, но услышал его зов и увидел тех, кого призвал падший примарх…
– Отец! Я пришел за тобой!
Эти слова, казалось, сотрясли мир. Ужас и ярость захлестнули разум Кацухиро, заставив его бороться с самим собой. Когда Пожиратели Миров выскочили из огня с цепными мечами наперевес и принялись за свою ужасную работу, рубя людей и отсекая черепа как живым, так и мертвым, призывник побежал быстрее. Один из берсеркеров увидел и бросился за Кацухиро, и земля задрожала под тяжестью доспехов легионера даже сквозь артобстрел. Черепа на цепях подпрыгивали на некогда бело-голубых латах воина, истинный цвет которых ныне был почти полностью скрыт под толстым слоем запекшейся крови. Космодесантник, облаченный в силовую броню, двигался намного быстрее, чем Кацухиро, и бежал на призывника, скрипя сочленениями и размахивая цепным топором.
– Кровь! – закричал легионер, неразборчиво растягивая слова. – Черепа!
Солдат споткнулся и растянулся на земле. Он перевернулся, чтобы увидеть, как монстр прыгает на него, подняв оружие, дабы отсечь его голову от позвоночника.
Кацухиро невольно вскинул руку, а затем громкий хлопок и взрывная волна перегретого воздуха вышибли из него дух.
Топор так и не опустился.
Призывник поднял глаза и увидел, что остался один.
