Бомбардировка Терры уже началась.Оборона Солнечной системы рухнула под напором могущества варпа и разрушительной мощью армады Магистра Войны. Отныне Луперкаль бросил свои силы на завоевание Тронного Мира.На защитников обрушился свирепый огневой вал артподготовки, по завершению которой рядом со стенами Дворца развернулось сражение, в котором суждено пасть миллиардам.Это бойня за гранью ужаса, ибо даже дышать там почти невозможно – воздух вытеснила отрава и кровь. Всё больше и больше людей гибнет в нескончаемой мясорубке, и, несмотря на все их усилия, укреплениям Рогала Дорна суждено пасть.
Авторы: Хейли Гай
ожидали пять фигур: четверо держали знамена с изображением черепа и шестерни Махины Опус, а пятая стояла впереди остальных и явно была представительницей женского пола. Делегация находилась на вершине лестницы и выглядела чрезвычайно внушительно – впрочем, лишь до тех пор, пока Сангвиний не поднялся и не затмил их своим присутствием.
– Приветствую тебя, сын Императора, – произнесла женщина.
– Рад вас видеть, посланница Веторель, – ответил Ангел. – Для меня большая честь встретится с вами, автором изящного решения проблемы Двойного Наследования…
– Также, как и для меня честь видеть вас, сын Императора.
Внешне Веторель была похожа на человека: она обладала светлым лицом с едва заметными признаками старения, на ее теле было мало видимой аугментики, а имеющаяся была сделана так, чтобы подчеркнуть ее человечность. Голос имел приятную тональность и был не отличим от людского, если бы не безошибочный машинный тембр: она была послом Марса в Империуме, поэтому ее модификации были цинично рассчитаны для воздействия на простых смертных. В них не было ничего отличного от общепринятого облика человека – они были созданы с учетом восприятиях любых отпрысков Терры, и Сангвиний по достоинству оценил это искусство.
– Вы выглядите прекрасно, – сказал ей примарх.
– Благодарю вас, милорд, – ответила Веторель. Ее глаза казались человечными до тех пор, пока она не опустила голову – в тени ее капюшона они засветились скрытой бионикой.
– Здесь ли сейчас Генерал-Фабрикатор? – спросил Ангел.
– Он ждет вас внизу, – посол низко поклонилась, отчего ее жесткие парчовые одеяния соприкоснулись с мраморной ступенью и зашуршали. – Магос Кейн просит принять его смиренные извинения за то, что он не может поприветствовать вас лично – многие дела требуют его присутствия.
«Например, рассказы о том, как он важен», – подумал Сангвиний. Ему уже надоела эта игра, но внешне он выказывал лишь теплую улыбку.
– Конечно же, я их принимаю, – ответил примарх.
– Позвольте мне отвести вас к Генерал-Фабрикатору, – произнесла Веторель, поднимая руку и приглашая его войти. Когда отпрыск Императора шагнул вперед, ворота за ним закрылись.
Как только примарх вошел, пол цилиндра начал медленно опускаться, увлекая их вниз по сверкающей шахте из пласкрита к самому сердцу гор. После того, как платформа оказалась значительно ниже уровня земли, над головами пассажиров с шипением закрылись три радужные двери из адамантия, способные выдержать прямое попадания орудий космического корабля. Ряды тусклых люменов, утопленных в стенах, излучали приглушенный свет. По мере того, как они опускались все ниже, пласкрит сменился породой, обработанной мелта-резаками – это явно было проделано не так уж давно. Срезы были почти идеальны, но там, где поверхность не успела полностью остекленеть под действием энергии термоядерного синтеза, просачивались небольшие капли воды. На столь большой глубине ощущалась вся тяжесть истории Терры, а войны людей прошлого виделись далекими и незначительными.
Казалось, что Сангвиний спустился в подземный мир, подобно Орфею, певцу древней Эллады.
Шахта представляла собой сооружение колоссальных размеров – она была предназначена для перевозки титанов. Сангвиний при желании мог бы даже взлететь, и все же ограниченность пространства сковывала его. Крылья примарха дернулись, и он вдруг почувствовал себя запертым в клетке: ему отчаянно захотелось снять шлем и подставить лицо под потоки влажного воздуха.
Спустя двадцать минут платформа медленно остановилась. Они оказались в огромном туннеле, заполненном рядами элитных скитариев, ряды которых на километры протянулись в гигантской пещере.
– Сюда, пожалуйста, – сказала Веторель, пропуская примарха вперед. Она шла рядом, в то время как ее знаменосцы следовали за ними на почтительном расстоянии.
По всему коридору разносились звуки гимнов и ритмичный звон инструментов. Стены туннеля были не такими гладкими, как в шахте лифта – подъемник спустил их в более старые секции. Грунт под Дворцом были испещрен пещерами, созданными людьми в течении долгой и разнообразной истории. В тех местах, где новые туннели прорезали старые постройки, стены были покрыты темными отверстиями, некоторые из которых были заделаны бледным свежим рокритом.
– Кейн располагает значительными ресурсами, – констатировал Сангвиний, указывая на легионы скитариев, чтобы показать, будто старания Загрея произвести на него впечатление не были напрасными.
– Это личная гвардия Генерал-Фабрикатора, модифицированная до высшей степени – их воля полностью подчинена воле Бога-Машины, – ответила Веторель.
